Владимир Сорокин отверг обвинения в пропаганде ЛГБТ* и насилия над детьми в романе «Наследие». Заявление писателя опубликовал журнал Forbes.
«Увы, в современной России прошлое, как ледник, наползает сзади и давит на современность. Настоящее время хрустит под этим ледником все глуше и беспомощней», — сокрушается писатель.
Многочисленные жалобы на новую книгу напомнили литератору шумиху вокруг «Голубого сала» в 2003 году, на тот роман пожаловались в прокуратуру, а также завели и закрыли уголовное дело.
«Методы тех доносчиков и нынешних одинаковы — выхватить куски из романа, навесить нужные ярлыки — „порнография, пропаганда ЛГБТ, педофилия, смена пола (где же это, интересно?), антироссийские ценности“, возбудить общественность (как можно писать такое?!) и следственные органы (накажите! запретите!)», — уверен Сорокин.
«Симптоматично, что оба романа — фантастические, речь в них идет о мире будущего. Получается, что озабоченных граждан пугает будущее как таковое, если свободная фантазия о нем вызывает столь яростную реакцию?» — задается вопросом писатель.
Авторов нынешних доносов он обвинил в преследовании корыстных целей: продвижения по работе и достижения влияния на издательский бизнес.
«Меня заботят те, кто повелся на их пропаганду. Этим читателям я хочу лишний раз напомнить: литература — свободный зверь, он гуляет там, где хочет, и гуляет сам по себе, без цензуры и союзов писателей», — обращается Сорокин к аудитории.
Он также обратил внимание недоброжелателей, что создателей «Улисса», «Лолиты», «Тропика Рака» и «120 дней Содома» тоже обвиняли в порнографичности, однако сегодня эти романы таковыми не считаются.
«Порнография — вполне конкретный жанр, во всей полноте своей существующий только в кино. Есть, безусловно, „чисто порнографические“ романы, написанные, как заметил Набоков, для прочтения при помощи одной руки. Но даже они — литература», — подчеркивает Сорокин.
«Это не изображение, а бумага, покрытая буквами, которые, как известно, каждый волен прочесть по-своему. А если не читается — закрой книгу и возьми другую», — пояснил писатель.
Сорокин отмечает, что героям «Наследия» Але и Оле по 20 лет, поэтому «причитания о „насилии над детьми“ — ложь или неумение прочитать роман».
«Мы живем в мире, который гораздо жестче самой жестокой литературы. Многие десятилетия описывая сцены насилия, я задаюсь одним и тем же вопросом: почему люди не могут без этого обойтись? Других целей у меня нет. Если этот вопрос не возникает у читателей, значит, они поверхностно читают мои романы», — заканчивается заявление автора «Наследия».
Роман Владимира Сорокина «Наследие» исчез из поиска онлайн-магазинов «Лабиринт», Ozon и Wildberries. По информации Mash, в СК написали заявление с требованием проверить книгу по факту «пропаганды ЛГБТ»* и «пропаганды насилия над детьми». Телеграм-канал утверждал, что обращение подписали 1500 писателей и «неравнодушных к русской прозе читателей».
* Верховный суд России признал международное общественное движение ЛГБТ экстремистской организацией и запретил его в РФ.