«Я сломал палец и продолжил тренировку»: как унижают детей в спортивных секциях

На одной из тренировок в спортивном лагере у меня случился компрессионный перелом позвоночника. Наша тренер сказала, что это всего лишь растяжение. Помощь мне, конечно, не оказали: всю ночь у меня была температура под 40— и только на следующий день тренер другой команды, узнав об этом, отвез меня в травмпункт. Я продолжил заниматься со специальным воротником, и из-за этого мое плечо навсегда потеряло чувствительность на 30%.

В этом же лагере, куда мы ездили каждое лето, тренер кормила нас одними пельменями: то есть три раза в день, на завтрак, обед и ужин, мы ели пельмени — и исключений почти не было. Деньги, которые родители дали нам с собой, она забрала еще в автобусе якобы на время, а потом не вернула. От этих пельменей нам было плохо, некоторых тошнило, но когда мы спрашивали, можно ли нам получить немного наших денег и сходить в магазин, она начинала ругаться и заставляла делать отжимания. Кстати, сама она часто ходила в кафе.

Тренер всегда говорила, что все ее действия направлены на то, чтобы сделать нас дисциплинированными. Как ни странно, многих ребят это не пугало и не удивляло. Меня это со временем тоже перестало удивлять. Я сильно ее боялся и ощущал власть над собой, к тому же я точно знал, что родители меня не поддержат и даже встанут на сторону тренера. Поэтому я занимался в этой секции до самого окончания школы.

Новому тренеру были безразличны наши дети, она постоянно на них кричала. Более того, она могла позвонить мне в 7 утра, когда тренировка только начиналась, со словами: «Ваш ребенок ничего не делает». Она называла шестилетних детей дураками и дебилами — это было вообще в порядке вещей, и сами дети со временем стали воспринимать это как норму. Она со злостью швыряла их диски с музыкой за любую провинность, и дети сразу же начинали плакать. Когда тренер мне в очередной раз позвонила и назвала моего сына мудаком за то, что он толкнул девочку, я была в шоке, а она мне сказала: «А вы, что, его не обзываете?!» За любое падение с прыжка дети слышали: «Ты, что, дебил?» А ребенок потом говорил: «Мам, я реально не понимаю, куда ногу ставить, но боюсь у нее переспросить». Ей было 40 лет, у нее самой были дети, и она считалась модной, потому что у нее за спиной был клуб ЦСКА. В итоге сын взбрыкнул и бросил, сказав, что не позволит ей больше гнобить себя.

Я не сумасшедшая мать, до безумия опекающая своего ребенка. Я понимаю, что нужна строгость, но унижать детей нельзя, тем более нельзя взрослой женщине унижать и обзывать мальчика. У меня сердце кровью обливалось, когда семилетний сын выбегал ко мне с тренировки и начинал в истерике плакать, не выдержав давления и стресса. Ребенок пошел к ней заниматься для себя, мы не просили ее делать из него чемпиона. Но самое обидное, что он реально ушел с пьедестала и на уровне второго спортивного разряда.

Родители, которые писали на нашего тренера жалобы, забирали после этого ребенка из спорта, потому что продолжать заниматься им не давали. Я просила тренера не обзывать моего сына, говорила, что однажды он нагрубит и будет прав, а она отвечала, что если он будет огрызаться, то она его выгонит. И это притом что мальчик был успешный, всегда с медальками. Бороться было невозможно.

На нашем катке все тренеры были такими, были даже еще хуже нашей — они просто матом разговаривали с детьми. Надо было уходить к другому тренеру на другой каток, но не факт, что там было бы лучше. К тому же новый тренер — это потеря примерно года в катании. Сын этот спорт очень любил, и, мне кажется, он скучает, потому что до сих пор тайно смотрит катание на телефоне.

А потом выяснилось, что у него рак, и он перестал у нас преподавать. Тогда пришел новый тренер. Сначала он зарекомендовал себя как «свой парень» и мы к нему хорошо отнеслись. А потом началось. Однажды мы вышли с матча, где я не реализовал несколько приемов, и он выстроил нашу команду в шеренгу, попросил меня выйти вперед и при всех 10 раз кинул мне мяч в голову — так, что у меня потом очень долго болела голова.

Это был далеко не единичный случай. Часто после неудачного матча он вызывал кого-то из строя и швырял его на землю, а потом еще и пинал ногой. О том, что все это сопровождалось нецензурной бранью, я вообще молчу. Теперь я просто хожу в зал, качаюсь и играю в футбол с ребятами, когда появляется желание.