Дисс на журналиста, j-поп, атомная война и не только. 10 отличных забытых песен Пугачевой

В дискографии Пугачевой больше пятисот песен: икона советской поп-культуры, вечно юная хулиганка и модница, Алла Борисовна пела за весь многомиллионный советский народ. Ее голосом канючил волшебник-недоучка, признавалась в любви Надя Шевелева, смеялся Арлекино, жаловалась мадам Брошкина, заклинала волны сирена. Но сотни чудесных песен остались за рамками пугачевского канона. В честь юбилея Примадонны «Афиша Daily» выбрала ее десять незаслуженно обделенных вниманием песен.

«Мушкетеры» (1976)

Ранний подступ к теме «о мужчинах»: об их непостоянстве Пугачева будет петь и в восьмидесятых («Голубь сизокрылый»), и в девяностых («Ты не мужчина»). Эталоном маскулинности представляются персонажи романа Дюма-отца — и, по законам волшебной вселенной Примадонны, услышав клич, Атос, Портос и Арамис сходят со страниц книги. «Мушкетеры» — необязательная, но обаятельная песня, лишенная присущей поздним пугачевским нетленкам грусти о несбывшемся: мечтается про д’Артаньяна — так вот он, пожалуйста. Спустя два года, в 1978-м, Георгий Юнгвальд-Хилькевич снял телефильм с Михаилом Боярским, выполняя как будто не заказ Гостелерадио СССР, а личную просьбу Аллы Борисовны.

«Что было однажды» (1977)

В конце XIX века Ницше написал радикальную концепцию «вечного возвращения»: бег времени скован заколдованным циклом повторяемости, и всё сущее обречено бесконечно умирать и возрождаться. «Так и этот мир, — пишет Ницше, — он уже был когда‑то, и не однажды». Спустя столетие Алла Борисовна записывает блистательную «Что было однажды», в которой путаная философская идея облечена в зажигательную мелодию Александра Зацепина и витальные стихи Леонида Дербенева, сулящие встречу с прошедшим. Под стопудовый бой барабанов по телу растекается чувство необъяснимого счастья: «Что было однажды» приятно слушать в последний день удавшегося отпуска, зная, что когда‑нибудь, может быть, через тысячу лет, каникулы обязательно повторятся.

«Что не может сделать атом» (1979)

Игра Atomic Heart щеголяла перегруженными ремиксами на «Арлекино» и «Звездное лето»; тем обиднее, что песню, которая подошла бы шутеру как влитая, разработчики проглядели. «Что не может сделать атом» написана на стихи «красного» кантри-певца Вуди Гатри, известного песней о легендарной снайперше Людмиле Павличенко. Спокойная бардовская задумчивость с легкой руки Аллы Борисовны превратилась в игривую эсхатологию: Пугачева чересчур жизнерадостно поет о вырастающих за сутки небоскребах, атомной химчистке и сотнях гитар с ядерными струнами. Сочетание безыскусного оптимизма и постапокалиптических видений создает песню, которая с каждым годом звучит все зловещее.

«Гонка» (1984)

«Пришла и говорю», второй музфильм Пугачевой в жанре «выставка достижений песенного хозяйства», остался в тени обласканной «Женщины, которая поет», но по плотности хитов от предшественника не отставал. «Только в кино» погружала в сюрреалистические сны певицы, где танцуют режиссеры Пазолини, Феллини и Михалков; в «Самолеты улетают» Алла Борисовна образцово рифмует на глаголы; «Мне судьба такая выпала» с текстом «и, погибнув, снова выживу» претендует на звание катехизиса непотопляемой Примадонны. Но выше всех — солнечная вспышка лютой энергии «Гонка», спетая от лица (то есть морды) верховой лошади в мыле. Конные скачки — метафора погони аристов за славой и, как следствие, жертв во имя изменчивого зрительского успеха; раз заступив на беговую дорожку звездной жизни, ты навсегда превращаешься в загнанное животное. Вариантов действий два: «бежать или жить», на дыбы или на дыбу. Хмурую притчу о самоотречении Пугачева аранжирует так богато и эпично, а поет так животворяще, что, вопреки замыслу, хочется поскорее вступить в эту гонку и бежать, бежать, бежать, пока не рухнешь.

«Отражение в воде» (1984)

В семидесятых годах японскую поп-сцену захватили айдолы — юноши и девушки, исполняющие светлые оптимистичные песни в западном звучании (софт-рок, соул, диско). Стиль idol kayō оказал значительное влияние на смежные жанры сити-поп и techno kayō, но в девяностых был поглощен джей-попом. Алла Борисовна в Японии не жила, но все равно записала песню «Отражение в воде» с подлинно азиатской аурой. Юрий Чернавский (автор «Здравствуй, мальчик Бананан») построил трек «на многоголосии, параллельных и контрапунктных вокальных партиях»: голос Пугачевой развоплощается, могучее меццо-сопрано стелется невесомым туманом, окутавшим водную гладь. «Вот на воду я сейчас подую, и ничего не будет, было всё, и ничего нету, мы нигде, нигде, нигде» — так булгаковская Маргарита могла бы убаюкивать уставшего Мастера в вечном доме на том свете. В середине нулевых Пэрис Хилтон довольно бездарно, кажется, сплагиатила «Отражение в воде» (см. «Stars Are Blind»), но ни Пугачева, ни Чернавский в суд не подали — прилежно скопировав мелодию, Хилтон напрочь растеряла нежную магию оригинала.

«Cool Operator» (1985)

Массовый советский слушатель обожал ABBA, хотя шведы так и не приехали в Союз с концертами. Зато Бьорн Ульвеус и Бенни Андерссон гостили у Пугачевой и даже предложили ей роль в грядущем мюзикле «Шахматы». Та вынужденно отказалась, рискуя прослыть диссиденткой, но дружбу сохранила — и воспользовалась связями при записи англоязычного альбома «Watch Out», переизданного в СССР под самоочевидным заглавием «Алла Пугачева в Стокгольме». Ей аккомпанируют околоаббовские музыканты, создавая фирменный шведский саунд: пластинка вполне могла бы называться просто «Abba Пугачева». В бойкой «Cool Operator» лирическая героиня пытается дозвониться до молодого человека, но бесчувственная телефонистка встает у них на пути. Проект по покорению Запада провалился, но «Cool Operator» сделал бы честь хоть Boney M., хоть поздним Queen.

«Моя соперница гитара», «С тобой и без тебя» (1986)

Два равновеликих и мгновенно оседающих в памяти боевика, по недоразумению выходивших лишь на паре дисков девяностых и коллекционном собрании сочинений. Но это надо слышать — Пугачева вместе с рокером Владимиром Кузьминым создали удивительные по интимности и сладострастию песни, которые понравятся и тем, кто любит классическую Примадонну эпохи «Зеркала души», и тем, кто ценит певицу за поп-эксперименты. Если бы «Драйв» снимали в России, наш ответ Гослингу рассекал бы лиловые проспекты под что‑то из этого: томно стонет гитара, булькает синтезатор, шкварчит драм-машина — кузьминская музыка звучит как глянцевая гармония небесных сфер, а сама Пугачева превращается в богиню, снисходительно вдруг запевшую на человеческом языке. Что недалеко от истины.

«Уважаемый автор» (1987)

Единственная песня Примадонны, почему‑то помеченная на «Яндекс Музыке» строгой буковкой E, не содержит мата, но гневного запала в ней хватит на дюжину брызжущих слюной постов пугачевских ненавистников. В августе 1987 года певица повздорила с начальством гостиницы «Прибалтийская», отказавшимся выделить излюбленный люкс-номер. О конфликте сообщила пресса, СМИ начали массовую травлю. Особенно Пугачеву взбесил музжурналист Михаил Садчиков из молодежной газеты «Смена» — по слухам, «Уважаемый автор» посвящен в первую очередь ему. Показания, впрочем, разнятся: Резник утверждает, что песня лежала в столе, дожидаясь подходящего случая, Алла Борисовна говорит, что «Автор» написался за один вечер уже после прочтения сменовской статьи. Как бы то ни было, любой, кто «скрипит пером» о Пугачевой, вправе отнести колкий трек на свой счет. Забавно, что даже обличительные песни Аллы Борисовны способны объединить людей — в этом и кроется ее чудесный гений.

«В родном краю» (1987)

«В родном краю» — песня, с одной стороны, отставшая от жизни (сегодня Пугачева далеко от родины), с другой — донельзя актуальная. Сама певица скромно называла песню «маленьким флажком», хотя со временем он разросся до масштабов большой красной тряпки: если содержание «Родного края» оскорбляет слушателя, значит, слушатель вряд ли заодно с женщиной, которая поет от его имени. Такое вот пугачевское восстание; и, если прошерстить дискографию Примадонны в поисках устаревших строчек, найдется от силы одна: «боюсь я только зависти подонков». В 2024 году совершенно очевидно, что и это Аллу Борисовну не страшит.