6 новых британских сериалов: ромком-катастрофа, ограбление казино и абсурдные киносъемки

Модельерша Элис (драматическая актриса Никола Уокер, дающая немного кривляний в духе Рики Джервейса) и парикмахер-стилист (именно на такой формулировке он настаивает) Стив (комик Джемейн Клемент, совсем не кривляющийся) — образцовая дружеская пара классных взрослых. По крайней мере, они сами об этом прямо заявляют, обращаясь к подвернувшимся под руку зумерам («Никто из вас не будет таким классным в нашем возрасте!») в баре, куда пришли тусить после похорон общего приятеля. Учитывая их прогрессивные взгляды, околотворческие профессии и околобогемную обстановку в красивых лондонских квартирах, с тезисом сложно спорить, даже если молодые незнакомцы не горят желанием общаться с 50-летними. 

Давняя дружба рушится в то мгновение, когда Стив решает провести ночь с дочерью Элис Иззи (Яли Тополь Маргалит), оставшись ночевать на диване в гостиной после тусовки (закончившейся в кабинете ветеринара — не спрашивайте). Учитывая, что во время семейных отпусков и празднований Рождества Стив проводил время с Иззи, когда та была маленькой девочкой, даже удивительно, что наутро Элис не убивает его на месте, а вместо этого начинает строить пассивно-агрессивные козни для разрушения одиозного союза.

Ситком «Элис и Стив», даром что британский, сделан вовсе не в духе Ричарда Кертиса (никаких коротких милых виньеток и остроумных героев-обаяшек), а скорее в ритме Джадда Апатоу. Здесь много протяженных в своей неловкости сцен, приближенного к реальной болтологии импрова и прямолинейных тезисов о природе современных отношений. Формулировать последние сценаристка Софи Гудхарт научилась, еще когда писала отдельные эпизоды «Сексуального просвещения», но в случае с «Элис и Стивом» явно откусила больше, чем может прожевать.

Завязка этого ромкома-катастрофы (или wrong-com, как сформулировано в трейлере) настолько дискомфортная, что это чувство не удается перебить даже финалом, оборачивающимся буквальным фильмом-катастрофой. Сами по себе неудобные темы и острый кринж — не обязательно плохо, тем более что здесь есть и остроумные находки. Скажем, первый план женщины по дискредитации бывшего друга перед его пассией и ее друзьями-зумерами сводится к тому, что Элис перед всеми раскрывает правду о восхищении Стива Вуди Алленом и его неоднозначной позиции по поводу обвинений против режиссера. Увы, в деталях до апатоуского золотого стандарта сериал совершенно не дотягивает: пиковый Апатоу никогда не превратил бы этих зумеров во что-то вроде декораций или реквизита (а нанял бы самых ярких молодых комиков момента даже на роли с одной репликой) и никогда бы не позволил себе имитировать злые поп-культурные отсылки, боясь упомянуть какую-нибудь реальную номинантку на BAFTA устами героя (в данном случае Стива). Наконец, Апатоу никогда бы не пытался трусливо сгладить острый центральный конфликт путем использования шокирующего жанрового поворота в кульминации — его фильмы были чилловыми разговорными комедиями от корки до корки даже когда это им вредило. Словом, «Элис и Стив» и близко не эталонный ситком апатоуского толка о взрослой дружбе (как «Платонические отношения»), а скорее непреднамеренный социальный хоррор (как «Друзья с колледжа» от тех же создателей). Впрочем, для безболезненного убийства времени даже такой вариант неплох — эту формулу разговорной взрослой комедии трудно испортить. 

Пара непохожих соседей, делящих тонкую стенку, — холостяк, держащий гей-бар (Алан Камминг), и семьянин-электрик (Дэвид Моррисси) — затевают кровавую грызню с жестоким финалом более-менее на ровном месте. Объективный злодей — электрик, который насмотрелся твиттера (для него короткие видео со взрывами и драками стали как порно) и теперь винит в нехватке заказов мигрантов, а не скверные отзывы на свою работу. Но и его сосед, несмотря на седину, слишком поздно осознает, что пришло время поступиться гордостью и перестать верить в здравомыслие других людей. Англия, Манчестер, 2026 год — тот самый, когда самым экстравагантным мужчинам снова приходится ходить на цыпочках.

«На цыпочках» — новый драматический мини-сериал великого Расселла Т.Дэвиса («Доктор Кто», «Это грех»), первая его работа о современности и без фантастики со времен шедеврального «Огурца» 2015 года. Эта работа мастерская во всем, что касается персонажей (психологические, речевые и внешние детали образов даже второстепенных действующих лиц выведены крайне точно и красочно) и темпоритма: смотрятся все пять часовых эпизодов на одном дыхании, как лихой триллер, во многом благодаря интриге, заданной в прологе. И тем сильнее разочаровывает плоский, невероятно пафосный финал, разрешающий интригу самым дуболомным образом.

Даже удивительно, как этот выдающийся сценарист с годами не только приумножил свою житейскую мудрость и гуманистическую наблюдательность, но и перестал хоть как-то сдерживать страсть к самым сентиментальным, пошлым, заставляющим закатывать глаза ходам (не будем спойлерить, скажем лишь, что эпилог состоит из нескольких стен текста, где белым по черному выведено, как сложились судьбы героев). Здесь не обязательно есть противоречие, ведь все это может указывать на то, что, по крайней мере, в собственном творчестве этот художник все еще чувствует себя абсолютно свободным и уверенно топает ногами. Именно поэтому никогда не перестанем следить за его новыми работами.

Пара трогательных взрослых лузеров — мать-одиночка (Шеридан Смит), у которой государство вот-вот отнимет оформленное на умирающую бабушку социальное жилье, и живущий с собственной мамой лудоман (Майкл Соча), задолжавший всем вокруг, — работают в захудалом ливерпульском казино, из которого по чуть-чуть воруют. Застав друг друга с поличным, они решают не сообщать ничего начальству, а вместо этого объединить усилия и сорвать большой куш. Проблема в том, что владельцы казино — статная старушка (Джералдина Джеймс) и ее мутный сын-бандит (Барри Слоун) — в сущности, не меньшие лузеры, а у главных героев не хватает практических криминальных навыков даже для того, чтобы план не начал разваливаться, еще не будучи сформулированным.

«Клетка» — новая драма Тони Шумахера, автора самого фактурного и человечного полицейского процедурала «Ночные вызовы» (разворачивавшегося в том же Ливерпуле). На сей раз получилось слишком медлительно для кейпера и чересчур мудрено для мелодрамы о неустроенных в жизни взрослых людях. При этом от начала до конца смотрибельным сериал делает лично Майкл Соча — феноменально естественный артист, которому редко достаются большие сочные роли (в прошлый раз это была «Виселица» Шейна Медоуса), — без негатива к Шеридан Смит, которая профессионально справляется с фирменной ролью непутевой работящей женщины, но все-таки не способна возвысить материал среднего качества. Если существует шанс на англоязычную экранизацию культовой манги о лудомане Кайдзи, то более идеального кастинга на роль заглавной иконы не придумать — настолько идеально Соча попадает в типаж, в который даже не целился. 

Неутомимый режиссер в кепке и его верная команда кинематографистов-любителей воплощают в жизнь самые дикие кинозадумки по заявкам простых представителей британской публики. Скажем, провинциальный ксерокопировщик мечтает о фильме-ограблении со змеями-гуманоидами, жители дома престарелых хотят увидеть киберпанк-мюзикл про борьбу с телефонными мошенниками — и далее в таком духе. Все эти идеи будут реализованы без какой-либо оглядки на качество спецэффектов и убедительность актерской игры (заказчики, как правило, сами появляются на экране).

Набирающий популярность австралийский комик Сэм Кэмпбелл обладает удивительным голосом, отточенным комедийным таймингом, выдающимся талантом к импровизации (продемонстрированным в реалити-шоу «Хорошо смеется тот, кто смеется последним») — и при этом абсолютно плоским комедийным материалом. По крайней мере, если судить по его авторскому сериалу «Сделай этот фильм». Несмотря на то что по описанию может показаться, будто это мокьюментари в духе «Нейтана, спешащего на выручку» или «Бората», в котором роли ничего не подозревающих обывателей исполняют собственно обыватели, на деле весь сериал — стопроцентная постановка.

Это фундаментальное решение озадачивает: неужели Кэмпбелл не понимает, что живые люди, в отличие от нанятых актеров, способны предложить действительно ошарашивающие идеи (как в хорошем, так в плохом смысле)? Возможно, все дело в том, что Кэмпбелл, наоборот, боится таких сюрпризов. Иначе не объяснить тот факт, что все комедийные сетапы он развивает самым банальным образом, который можно предположить не глядя, и все его комедийные находки в категории «причудливые фантазии нормисов» остаются на самой поверхности.

По странному совпадению на момент, когда абсурдистский ситком «Сделай этот фильм» уже был запущен в производство, в инстаграме* началась трансляция веб-шоу «15-секундный фильм» («15 Second Film»), обладающего идентичной завязкой, но снятого документальным способом. Увы, спонтанные придумки невыдуманных нормисов тоже едва ли смешат и удивляют. Возможно, всему виной тот факт, что всем этим юмористам инди-кинематограф не так уж близок и интересен и их попытки спародировать жанры оказываются весьма приблизительными. Так или иначе, за Кэмпбеллом стоит продолжить следить: если в следующий раз он сделает ситком про команду комиков-импровизаторов, точно получится смешно.

Самая нарциссическая, снобская и оторванная от реальности мамаша (Люси Панч) из спального района Соха (кажется, только героиня так называет Саут-Харлесден, который не стоит путать с Сохо в центре Лондона) снова ходит по головам (других школьных мам и собственной мамы-пенсионерки). В этот раз ее цели — приобретение элитной недвижимости и организация гламурного школьного выпускного. 

В ситкомостроении известна тенденция, которую зрители назвали фландеризацией (по имени Неда Фландерса из «Симпсонов»). Это когда персонаж, который в первых сезонах был похож на живого человека со своими странностями и причудами, в поздних сезонах превращается в карикатуру-болванчика, повторяющего одни и те же смешные коронные фразы. Так вот, Аманда из сериалов «Материнство» и «Амандаленд» — яркий пример обратной фландеризации. Если в первом сериале она однозначно была карикатурной злодейкой, то ко второму сезону сольного спин-оффа производит уже почти обаятельное впечатление вполне нормальной мамы и даже вызывает жалость проблемами в личной жизни.

За героиню, конечно, можно порадоваться, но нужно признать, что на плотность гэгов это развитие персонажа повлияло негативно. Не помогает и тот факт, что среди сценаристок в этом сезоне из четырех изначальных создательниц осталась одна лишь Холли Уолш. Удовлетворительный набор приколов все еще на месте — во многом благодаря второстепенным героям. Чего стоит одно слепое вождение мамы Аманды (Джоанне Ламли из «Красиво жить не запретишь» в этом сезоне дают разгуляться).

Про премьеру «Разделенного» — нового сериала автора «Олененка» Ричарда Гадда — я рассказывал пару месяцев назад, описав завязку фразой «токсичные маскулинные игры» и назвав привкус, который оставляет сериал, «фикбучным». С тех пор эта сага успела огорошить зрителей множеством шокирующих сюжетных поворотов, таймскипов и рекастов, поэтому под финалом хочется подвести еще одну черту со всеми спойлерами.

Нужно отдать должное Гадду: каждую неделю серии ожидались с нетерпением, за историей было безумно интересно следить. Но даже если в моменте трудно было удержаться на краешке дивана, нужно проложить четкую границу между тем сериалом, который хотел показать шоураннер, и тем, который все увидели на самом деле. Вероятно, по задумке автора, это должно было быть что-то вроде жестокой античной трагедии с романным охватом целых судеб, но вышло скорее и правда нечто в духе беллетристики с фикбука (как бы я был рад ошибиться в своей первоначальной оценке!). Весь психоаналитический аспект повествования находится на поверхности, а не выражен в подтексте; масштаб действия неумышленно клаустрофобный: удивительным образом главные действующие лица во взрослом периоде повествования — те же самые пять человек, которые окружали главных героев в детстве и юности.

В данном случае Гадд демонстрирует незрелость, пытаясь подменить старательную литературную работу оголтелой рубкой с плеча. В то же время у его впечатляющего сырого таланта снова находятся подтверждения: абсолютно алогичный финал все равно заставляет трястись от тревоги, шекспировский диалог между братьями за две серии до этого учащает пульс, а после совершенно неработающего рекаста Рубена из обаятельного мякиша-хулигана (Стюарт Кэмпбелл) в высушенного качка-психопата (сам Гадд) желаешь не возвращения оригинального актера (как обычно бывает), а присутствия Гадда во всех остальных сценах, включая школьные. Зрелость художника — это еще и смелость не скромничать без причины, а сразу реализовывать свои сильные стороны в полной мере.

* Instagram/Facebook принадлежит Meta, признанной в России экстремистской организацией, ее деятельность в стране запрещена.