В 10 утра у Мещанского суда, обнесенного ограждениями, собрались люди. Они пришли поддержать режиссера Кирилла Серебренникова и других обвиняемых по делу «Седьмой студии», по которому сегодня будет объявлен приговор. Прямо у ограждений собирается толпа журналистов с камерами и тех, кто хочет попасть внутрь. Остальные — около 70 человек — наблюдают за происходящим рядом. В Москве сегодня знойная жара, единственное место, где можно спрятаться от пекла, — заправка рядом с судом: там собирается все больше людей. Среди них актеры Никита Кукушкин, Александр Молочников и рэпер Оксимирон. Последний, как и обещал вчера, пришел на суд в полном обмундировании — в защитных очках, маске и перчатках. Он также призвал своих поклонников сказать «нет» трем вещам: заражению коронавирусом, голосованию по поправкам и заказным судебным процессам. К слову, далеко не все пришедшие к зданию суда используют средства защиты.
Через полчаса к Мещанскому суду подъезжает один из фигурантов дела, бывший генпродюсер «Седьмой студии» Алексей Малобродский, в руках у него сумка с вещами на случай, если суд приговорит его к реальному сроку. Почти сразу после него ко входу — как обычно, в черных очках и кепке — направляется Кирилл Серебренников.
Их, а также Юрия Итина (гендиректора «Седьмой студии») и Софью Апфельбаум (бывшую главу департамента государственной поддержки искусства и народного творчества Министерства культуры), обвиняют в хищении 129 млн рублей. Следствие длится уже три года, причем в прошлом году судья вернула дело в прокуратуру, потому что судебная экспертиза полностью отвергла факт хищения денежных средств. Однако позже прокуратура оспорила это решение в Мосгорсуде и заседания возобновились. Следствие считает, что сотрудники «Седьмой студии» во главе с Кириллом Серебренниковым обналичили и украли 129 млн рублей из госсубсидий, которые государство выделило им на развитие творческого проекта «Платформа». Вину признала лишь главный бухгалтер «Седьмой студии» Нина Масляева — она пошла на сделку со следствием и дала показания на остальных участников дела. Она в сегодняшнем процессе не участвует.
В здание суда начинают пускать по несколько человек — разрешают заходить только в масках и перчатках аккредитованной прессе и некоторым слушателям. У ограждений начинается давка. В этот момент к суду подходит компания из пяти молодых девушек — на них футболки с изображением Высоцкого и надписями «Обнал = украл» и «Вор должен сидеть в тюрьме». Они начинают подходить к людям на улице и спрашивать, почему они считают, что Кирилл Серебренников не виновен. Довольно быстро находятся те, кто готов с ними поспорить. Многие начинают задавать девушкам вопросы: «Вы сами следили за делом?», «А с творчеством Кирилла Серебренникова знакомы?», «Хоть один его спектакль или фильм смотрели?». Оказывается, что о деле активистки узнали из интернета, а о творчестве Серебренникова ничего не слышали. «Тогда я приглашаю вас на спектакль в «Гоголь-центр», — говорит актер Никита Кукушкин. Толпа расходится, а девушки вскоре уходят.
К тому времени у суда собирается все больше людей — соблюдать социальную дистанцию уже никто не старается, хотя полиция время от времени через громкоговоритель напоминает, что это необходимо. Приезжают журналист Михаил Зыгарь, актриса Екатерина Варнава и солист группы «Звери» Роман Билык. Последний сыграл главную роль в фильме Серебренникова «Лето» — как раз на съемочной площадке этого фильме 22 августа 2017 года и задержали режиссера. В разговоре с «Дождем» музыкант признался, что после задержания у всех были надежды, что Серебренникова выпустят, чтобы «хотя бы доснять фильм», но с каждым заседанием становилось понятно, что «это [дело] превращается в ужас».
В зал суда с опозданием на 20 минут входит судья Олеся Менделеева и начинает тихо и быстро зачитывать приговор. Ее речь начинается с того, что суд признает Кирилла Серебренникова, Юрия Итина и Алексея Малобродского виновными в совершении мошенничества в особо крупном размере (часть 4 статьи 159 УК РФ). «В период с 2011 по 2014 год Итин, Серебренников, а также Малобродский следовали преступному плану и похитили часть денег, выделенных на «Платформу», — зачитывает Менделеева. Как только эта новость доходит до пришедших, толпа начинает аплодировать в поддержку фигурантов дела — так, чтобы аплодисменты было слышно в зале суда. Судья также приходит к выводу, что Серебренников «необоснованно завысил» смету на проекты для «Платформы». Режиссер во время оглашения приговора смотрит в телефон.
К суду подъехал публицист Дмитрий Быков. На днях он записал обращение в поддержку Кирилла Серебренникова и призвал всех неравнодушных прийти и поддержать фигурантов дела «Седьмой студии». «Погода сегодня очень хорошая, поэтому я здесь, — говорит Быков. — Поверьте, сейчас важно только то, что Кирилл Серебренников — прекрасный режиссер. Создание «Гоголь-центра» и десятков прекрасных постановок — это полностью его заслуга. Был бы он плохой, мы бы все тут сейчас не стояли».
Судья объявляет, что Софья Апфельбаум не была осведомлена о преступном характере происходящего. Однако суд все равно признает ее виновной в халатности из‑за того, что она «ненадлежащим образом» исполняла свои обязанности в Министерстве культуры. Суд также постановил, что обвиняемые присвоили себе 129 млн рублей. После этого Менделеева объявляет перерыв до 13.00.
«А почему так долго?» — спрашивает стоящих у ограждения один из операторов. «Это еще часа на два минимум, — отвечает коллега. Такие приговоры по таким делам быстро не читаются». К молодым ребятам, сидящим у забора, подходит взрослая женщина в синих брюках и блузе в цветочек. «У меня у самой дело тут в Тверском суде, — начинает она. — Его отложили, и я решила прийти посмотреть, что тут с Серебренниковым будет. Хотя я думаю, что ему дадут условно. Это все план Кремля. Егора Жукова вспомните. Прокурор просил четыре года тюрьмы, а дали три года условно. И теперь он ходит весь такой политик, герой. Я его троллю. Все понятно же, никто не собирался его сажать».
За время перерыва к суду подъехали стилист Влад Лисовец и главный редактор журнала Glamour Иляна Эрднеева. Температура на улице поднимается до 29 градусов, а в ближайшем магазине на заправке заканчивается вся вода. Судья продолжает зачитывать приговор. Она по очереди приводит показания всех фигурантов, отмечая, что те не признали свою вину. Далее читает о позиции представительницы Минкультуры, которая утверждает, что из выделенных на «Платформу» 216 млн рублей было потрачено только 87 млн. Далее зачитываются показания свидетелей обвинения — Ларисы Войкиной и Татьяны Жириковой — бухгалтеров, работавших с «Седьмой студией». Тем временем в разговоре с «Интерфаксом» новая глава Минкультуры Ольга Любимова заявляет, что в деле «Седьмой студии» речь идет о причинении крупного ущерба государству. «Безусловно, мы в курсе того, как проходил судебный процесс, конечно, видим и широкий общественный резонанс, — сказала Любимова. — Нет никакого смысла делать популистские заявления и подменять собой вышестоящую судебную инстанцию, давая оценку законности приговора суда».
«Я ничего не жду уже, но не знаю, как можно не прийти, — говорит активистка Дарья Серенко, стоящая в тени среди толпы. Я уже, наверное, не вижу в этом смысла, как и многие. Это какой‑то просто важный символический жест, чтобы показать людям, которые находятся там, что они не в одни. Завтра мы выходим на пикеты за Юлю Цветкову, и это все слилось в одно. Они оба деятели искусства и связаны с театром. Но у меня очень пессимистичное отношение к тому, что сейчас происходит. Я не верю, что все будет хорошо». Идет пятый час вынесения приговора, судья переходит к вещдокам. Адвокаты сообщают журналистам «Новой газеты», что заседание продлится еще пару часов, и многие из пришедших уходят в ближайшие кафе, магазины или просто подальше в тенек. Менделеева снова объявляет перерыв.
На поляне рядом со зданием суда несколько молодых девушек включают музыку и начинают танцевать. Однако к ним никто не присоединяется.
Судья возвращается, перечисляет свидетелей защиты и объясняет, что суд принял во внимание только показания, касающиеся характеристики подсудимых. В остальном свидетели не представили каких‑либо сведений, важных для суда. Суд считает вину Серебренникова, Итина и Малобродского доказанной, а обвинения Апфельбаум переквалифицирует с мошенничества на халатность. На улице ждут оглашения приговора, люди подтягиваются все ближе к ограждениями. Кто‑то в толпе кричит: «Условный срок! Условный срок!», — и все вокруг начинают аплодировать.
Кирилл Серебренников получает три года условного и испытательного срока, а также 800 тыс. рублей штрафа. Юрий Итин — также три года условного срока, 200 тыс. рублей штрафа и запрет занимать административно-хозяйственные должности на три года. Алексей Малобродский — два года условно, 300 тыс. штрафа и запрет на административно-хозяйственные должности на два года. Софье Апфельбаум назначают штраф в 100 тыс. рублей, который она может не выплачивать за истечением срока давности обвинения. Также суд постановил взыскать с Серебренникова, Итина и Малобродского 128 млн рублей.
Толпа у суда не перестает аплодировать, все обнимаются и поздравляют друг друга, но одновременно с нетерпением ждут режиссера. Через 15 минут у бокового входа в здание начинаются торжественные крики и аплодисменты — Серебренников выходит из суда. Журналисты ждали с другой стороны, поэтому начинается сильная давка. Режиссер пытается сказать, что всем необходимо соблюдать дистанцию, но его голос перебивают овации. Отойдя немного дальше, Кирилл продолжает: «Я, во-первых, говорю огромное спасибо за ту поддержку, за то, что вы верите в нашу невинность, за то, что вы понимаете, что происходит. Ввиду того что каждый человек, находящийся здесь, очень важен и ценен для всех. Пожалуйста, соблюдайте социальную дистанцию. Не заразите друг друга, потому что за правду надо бороться».
Этот контент
не поддерживается
Следом выходит адвокат режиссера Дмитрий Харитонов. Он считает, что Министерство культуры так и не смогло сформулировать свои претензии к Кириллу Серебренникову и остальным фигурантам дела. «Гражданский иск, хоть он и удовлетворен, основан исключительно на заключении экспертизы, которая была проведена в 2019 году, — рассказывает Харитонов. — А мы считаем, что эта экспертиза — некомпетентная и предвзятая. В понедельник мы получим договор, прочитаем его, у нас есть десять дней для обжалования. Я думаю, мы продолжим бороться». Он также назвал три года, пока длилось дело, «годами борьбы».
Через несколько минут из здания выходит Алексей Малобродский, его сразу окружают коллеги и журналисты, многие подходят, чтобы обнять и поздравить. На вопрос «Что вы чувствуете сейчас?» Алексей отвечает: «Усталость». И вместе с женой быстро уходит и садится в машину.
«Мы счастливы, но не полностью, — говорит Ирина Поверинова, адвокат Софьи Апфельбаум, стоящей рядом с улыбкой на лице. — Сегодня, на мой взгляд, в отношении всех было принято компромиссное решение. Это как бы хорошо, но, с другой стороны, это не очень, потому что люди признаны виновными». Адвокат также добавила, что, скорее всего, они будут обжаловать приговор.
Еще некоторое время у суда сохранялась радостная атмосфера. Коллеги и друзья фигурантов дела плакали и обнимались друг с другом.
— Я вас поздравляю, — говорит мужчина, подходя к компании друзей.
— С чем? — спрашивает девушка из компании.
— С тем, что сегодня все поехали домой.