Как Моргенштерн выбесил всех и вылез в топы

Масштаб успеха созвучен разве что с прошлогодним взлетом Тимы Белорусских: тоже миллионы стримов сразу после релиза, тоже все треки мигом попали в топ-20 VK-чарта (а второе вообще больше никому не покорялось). Альбом минского артиста «Твой первый диск — моя кассета» послушали рекордные 27 млн раз — у «Легендарной пыли» уже 22, и нет сомнений, что этот альбом станет самым прослушиваемым за всю историю метрик «ВКонтакте».

За что полюбили Моргенштерна

Успех к артисту, называющему себя Morgenshtern, пришел не внезапно. Алишер — так зовут артиста, а фамилия Моргенштерн, кстати, настоящая, так что дальше мы ее будем писать по-русски — еще в раннем детстве сочинял кид-хоп про район, где обещал «через пару годиков разразить Уфу», где он родился и вырос. Он даже стал героем старого материала «Афиши» про жанр. С прогнозом Алишер ошибся дважды. Во-первых, ему понадобилось побольше пары годиков. Во-вторых, успеха он добился и за пределами родного города.

В 2016 году 18-летний Моргенштерн (успевший к тому моменту еще и поиграть в рок-группе) запускает видеоблог на YouTube — сначала поет под гитару собственную песню «Мне не дает телка» и кавер на рэпера Yung Trappa, пробует разные форматы, а потом выпускает ролик «Face — трек и клип за пять минут». Там он на примере разбора трека «Гоша Рубчинский» в звуковом редакторе наглядно объясняет, что технологически весь русский рэп — это дело пяти минут. Ролик стал хитом русского YouTube (14 млн просмотров на данный момент), — а Алишер пошел снимать такие же про других звезд: Элджея, Кизару, Фараона.

Обличительный пафос и высокомерно-безжалостный тон Моргенштерна, с которым он брался препарировать музыку героев дня, вызывали симпатию и сторонников, и противников русского рэпа, которые видели в нем правдоруба и борца за справедливость. Сам Моргенштерн вдобавок ко всему культивировал образ бессребреника: сначала отказался баттлить с Хованским за деньги (сначала вызвал его сам, — а Юрий согласился выйти только за 2 млн рублей), а потом выпустил видео с рекламой интеграций и черным экраном (сейчас недоступно). Что это было — объяснил в клипе «Вот так».

Это было даже не объяснение, а программное заявление: деньги — это пыль, YouTube — помойка, и я оттуда ухожу, грилзы и цепи не нужны, хайп ничтожен, деньги отдам на благотворительность, команде, немножко себе, а часть их просто сожгу и вообще хочу заниматься творчеством, а не блогингом.

За что его возненавидели

Что характерно, через некоторое время Алишер действительно удалил все видео со своего канала, а потом выпустил альбом «До того как стал известен» с непритязательным и необязательным поп-панком.

Этот альбом поставил рекорд по репостам в VK (50 тыс.), но откровенно спорным путем: из всех репостнувших Моргенштерн обещал выбрать одного и подарить ему золотую цепь — надо ли говорить, что это противоречит заявлениям Алишера о «ничтожности хайпа»?

Дальше — больше. Алишер то вдруг объявляет себя коммерческим проектом с целью зарабатывания денег, то несколько дней спустя опровергает собственные слова. Это не первый и не последний раз, когда Моргенштерн противоречит сам себе. Наверное, окончательно образ бессребреника и правдоруба добили две вещи. Во-первых, песня «Новый мерин», где артист в лучших традициях рэп-клипов хвастается, собственно, новым «мерином». Во-вторых, возвращение, вопреки прежним заявлениям, всех роликов на YouTube. «Ты должен был бороться со злом, а не примкнуть к нему» — главная претензия фанатов «старого» Моргенштерна, принимавших его образ совсем уж за чистую монету.

За последние два года Алишер обучился искусству злить вообще всех. Своих фанатов — за то, что сначала высмеивал культ денег и роскоши и русский рэп вообще, а потом начал играть по правилам жанра. Чужих фанатов — за то, что обличал их кумиров во вторичности и примитивности творчества, а сам потом делал, по их мнению, такой же вторичный и примитивный русский рэп. Прогрессивную аудиторию — за имитацию удара девушки в «Грустной песне», записанной с Егором Кридом и Трилл Пиллом, и не слишком убедительное оправдание этого поступка. Всех остальных — за все вместе взятое.

Нелишняя заметка на полях: самый популярный комментарий к любой новости о Моргенштерне из последних на The Flow — «максимально мерзкий персонаж»: тот случай, когда это скорее реальное отношение аудитории к персонажу, чем привычный комментаторский хейт.

Как Алишер стал хитмейкером

Все это время Моргенштерн, хоть и терял старых фанатов времен ютьюб-изобличений, но находил новых — у себя на концертах и на стриминг-площадках. Музыкальная карьера Алишера шла плавно вверх по накатанной, и он все больше убеждал в собственной творческой дееспособности: если на первом EP «Hate Me» был в целом невыразительный ньюскульный рэп, похожий на все сразу, а «До того как стал известен» и вправду оказался альбомом старых, еще дозвездных песен, то третий альбом «Улыбнись, дурак!» был богат на удачные хиты. Плюс там был лихой фит с «ЛСП» с кошмарно прилипчивым припевом: «Так люблю девочек с зелеными глазами. Почему? *** [Черт] знает! Почему? *** [Черт] знает!»

2019-й вообще стал годом Моргенштерна — «Улыбнись, дурак!» послушали 14 млн раз, сам он спел с Трилл Пиллом и Егором Кридом очень спорную, но кассовую «Грустную песню», а под конец года помог замариновавшейся было на Black Star поп-певице Клаве Коке записать ее главный хит, поцеловался с ней в клипе — и вообще угодил в мир журнала StarHit и телеканала Муз-ТВ.

Окей, а что за альбом «Легендарная пыль»?

Главное, как оказалось, еще впереди. В конце года Моргенштерн выпустил песню «Yung Hefner» — и сказал, что она была написана за два часа. Увидев, что она попала на верхушки чартов, он объявил дерзкий челлендж: я сниму на камеру, как буду записывать альбом, уложусь за неделю — и вы это послушаете.

Собственно, что получилось: ожидаемо скороспелые и возмутительно шумные рэп-кричалки с факами в сторону всех. Есть песня «Четыре украинки» — о том, как классно отдыхать с девушками фривольного поведения из Украины: есть за что попасть в список «Миротворец». Есть фристайлы, которые записаны сразу на чистовик. Есть песня «Съел деда» — с припевом «Я съел деда».

Как это звучит? Как и подобает альбому, записанному за неделю: неровно, аскетично, нарочито нестарательно — до такой степени, что чудом удержавшая второе место в VK-чарте песня Hammali & Navai кажется эталоном работы над звуком.

Почему этот альбом так много слушают?

Главный парадокс заключается в том, что эти песни совсем не кажутся конвенциональными хитами, да и, скорее всего, сильно надолго в чартах не задержатся.

А еще кажется бесспорным, что они вообще не работали бы в отрыве от автора: «Легендарная пыль» — не просто альбом с песнями, а манифест вседозволенности, возможно, самого одиозного персонажа русского рэпа прямо сейчас.

Моргенштерн открыто плюет на всех: старых и новых фанатов, недругов и их общие ожидания. В финале альбома запрятан самый сильный и одновременно жуткий момент пластинки, настоящая исповедь негодяя и, наверное, самый правдивый портрет Моргенштерна: мной гордится семья, но мне нет дела, у меня умер дед, но мне его не жалко, я говорил, что хочу быть для вас примером, но я вас обманывал, я ***** [ублюдок].

Моргенштерн в смысле амплуа довершил то, что не до конца получилось у Славы КПСС. С одной стороны, у них много общего — оба плевали на условности и ожидания, делали буквально что душе угодно и здорово пошатали миропорядок в жанре: Слава — баттлом с Оксимироном, а Алишер — сейчас, записав, возможно, самый ленивый альбом в новейшей истории русского рэпа и сорвав им банк. Если оружием Славы была постирония, то Алишер въезжал в русский рэп в троянском коне-обличителе, правдолюбе и совести жанра, а приехал туда абсолютным мерзавцем — и это оружие оказалось помощнее. И прижился там — потому что оказался куда более расчетливым хитмейкером, шоуменом и маркетологом.

Успех «Легендарной пыли» вроде бы легко объяснить слушательской ленью и вкусовой непритязательностью, но тут на помощь приходит Оксимирон с вечной истиной про личности, которые всегда стоят за панчами.

Успех Моргенштерна — именно об этом: как устроить на ровном месте аттракцион и записать альбом за неделю. Шалость удалась — другое дело, что проверку временем этот альбом и не должен выдерживать.