— Главные герои в играх часто обезличены. Классический пример — немой Гордон Фримен из Half-Life. Обычно это делается для того, чтобы игрок чувствовал себя пупом земли и не ревновал. Вы согласны, что в такой ситуации злодею приходится брать огонь на себя и в одиночку вытягивать драму?
— На самом деле злодеев все любят. Особенно в Far Cry, где злодеи и герои часто меняются местами. Антон, с одной стороны, жестокий и неудержимый, но сострадание ему не чуждо, и он искренне хочет вырастить из своего сына достойного правителя страны. Настоящим злодеем вполне может стать игрок, если воспользуется предоставленной ему свободой выбора не в миролюбивых целях. Так что прежде чем разобраться с монстром-диктатором, вам предстоит приручить монстра внутри самого себя.
— Вы знаете, что Майкл Мэндо, ваш партнер по съемочной площадке «Лучше звоните Солу», работал над Far Cry 3?
— Да, Майкл сыграл там злодея, мы обсуждали с ним эту роль, и он с теплотой вспоминает то время. Но я не играл в Far Cry 3 умышленно! Когда я готовлюсь к роли, то полностью погружаюсь в материал и не хочу, чтобы меня что‑то отвлекало (тем более, я слышал, что Майкл великолепно сыграл Вааса). Так что я обязательно познакомлюсь с его персонажем, после того как выйдет Far Cry 6.
— Монолог Мэндо «о безумии» считается одной из самых проникновенных злодейских тирад в истории видеоигр. Планка качества задрана до небес, но, кажется, вам под силу преодолеть и ее.
— Ну, во-первых, когда я над чем‑то работаю, то никогда не пытаюсь с кем‑то соревноваться, это только сбивает концентрацию. Во-вторых, в игре вас ждет много разных инкарнаций Антона Кастильо, вы наблюдаете этого персонажа в динамике. Какой он в начале игры, как он описывает свою жизнь сыну Диего и каким он будет в финале — это все удивительные перевоплощения: уверен, вам понравится!
— Кстати, о перевоплощениях! Не будет преувеличением сказать, что Гас Фринг из «Во все тяжкие» — это самый жуткий злодей современного телевидения, ну или во всяком случае мне всегда страшно, когда я на него смотрю. А вы не могли бы прямо сейчас сказать что‑то пугающее? Очень хочется увидеть, как вы перевоплощаетесь.
На секунду Джанкарло задумался.
— Я бы мог, но я не хочу, чтобы ты от страха упал со стула.
Благодушнейшее выражение лица сменилось каменным.
— Чувак, я тебя так напугаю, что ты помрешь.
Текстом этот момент плохо передается, но у нас, к счастью, есть и видео:
Этот контент
не поддерживается
— Спасибо! Сейчас будет очень личный вопрос. Я огромный фанат клипа «California» Милен Фармер. Помните, каково было работать над этим видео?
— Конечно, помню! Я там играю такого доминирующего, агрессивного, сексуального типа. В клипе есть напряжение, он грубый, но в то же время очень романтичный. Ролик снял Абель Феррара, мы закончили работу за четыре дня. Недавно, кстати, видел наше фото с Милен в одном французском журнале — это было незабываемое время.
— Вы в том клипе играете сразу две роли (сутенера и бойфренда героини). Густаво Фринг, по сути, тоже двуличный. Как вы думаете, отчего вам часто приходится играть персонажей с таким своеобразным раздвоением личности — и можно ли сказать, что и Антон Кастильо тоже такой?
— Ну, наверное, оттого что я многогранный актер и могу разделять характерные черты персонажей. Насчет Антона — раздвоения нет, но нам важно было показать, как он меняется со временем. Тут очень выручили художники, которые создали много образов Антона, отразив его динамику.
Этот контент
не поддерживается
— Какая черта характера Антона кажется вам самой человечной?
— Однозначно его отношение к потерям. Отец (прежний правитель страны) погиб в тюрьме. Потом в тюрьму попал и сам Антон. Эти события остались за кадром, но моей задачей как актера было передать боль и чувство уязвимости, которые остались с героем навсегда.
— Можете сравнить работу над видеоигрой и телесериалом? Есть ли разница?
— Проще сравнить с театром! Ты в замкнутом пространстве, еще в дурацком трико, на голове шлем с сенсорами, а в руках — игрушечный пистолетик, но это не должно мешать тебе вжиться в роль. Все это бутафория — но я превращаю ее в реальность.