Не просто хобби для домохозяек: кто в XXI веке ткет гобелены

Гобелен — декоративная шпалера, то есть ковер без ворса, тканая картина. Гобелены могут изготавливаться из натуральной шерсти и шелка, из хлопка и синтетики, украшаться золотом, серебром, цветной проволокой и просто тканой аппликацией. Часто создаются целые сюжетно связанные серии шпалер. Изготовление гобеленов — это всегда ручной труд.

Такие проекты как раз показывают, что с гобеленами связаны глубокие традиции. Моя «Зеленая основа» — тоже сложнее уровня хобби. Я провожу мастер-классы, рассказываю про ткачество — мне хочется объяснить людям, как это все интересно.

«Зеленая основа» — мой первый проект, и он отнимает кучу времени. Нужно не только соткать гобелен, но и хорошо его сфотографировать, и написать интересный пост в инстаграм. Но я чувствую, что работа очень важная. Грустно, когда реально хорошие художники, у которых много работ, сидят дома, свернув гобелены в рулоны. Грустно, когда художник вынужден идти работать не по профилю, а ткать только для себя и только в свободное время. Я с удовольствием работаю на заказ — для меня это прямо радость.

Художник должен уметь найти общий язык с заказчиком, понять, что тот хочет, но при этом воплотить в работе и какие-то собственные идеи. Не нужно подстраиваться и ткать то, что тебе не нравится, нужно найти компромисс. Цель не в том, чтобы угодить, а чтобы сделать работу востребованной. Дело даже не в оплате труда, а в том, что ты делаешь свою работу нужной кому-то еще, кроме тебя. К примеру, у меня был не так давно большой заказ — я ткала гобелены для ресторана «Классика жанра» в Челябинске. Несколько моих работ находятся в частных интерьерах. И это все работы, за которые мне не стыдно, потому что они правда хорошие».

Я про себя давно уже все понял. Как только начал ткать, осознал, что не буду этим зарабатывать на жизнь, не буду делать гобелены на заказ. Это очень трудоемкая работа, она забирает много времени и сил внутренних: ткать для заказчика, который будет еще указывать, что и как я должен делать, — это слишком. Так что тку только для себя, воплощаю в гобеленах свои идеи. И ни одну работу продавать не собираюсь. У меня их всего-то семь. Сейчас я учусь в Академии Штиглица на «интерьере», чтобы зарабатывать на жизнь как архитектор, а не как мастер по гобелену.

Я не могу сказать ни про себя, ни про кого-то из знакомых, что вот он сейчас делает что-то такое, что действительно может являться передовым в области ткацкого искусства в России. Если говорить про Запад, то там другая проблема. Есть прием, есть техники, но нет философии. То есть постмодернизм пустил свои корни везде, и, к сожалению, зачастую за каким-то интересным стилистическим приемом нет философской глубины. В России обратная история, здесь искусство всегда было очень вдумчивым.

Сейчас гобелены начинают возрождаться. А до того был достаточно серьезный застой: в девяностые годы мало кто мог позволить себе заниматься искусством. Будущее гобелена с точки зрения технологий, возможно, будет решено через различные мультимедийные материалы. Допустим, можно будет использовать проекции. Уже разрабатывают для этого специальные ткани и нити. Можно будет делать целые пространства — возможно, даже жилые — с использованием мультимедийных гобеленов. И в таких интерьерах можно будет все менять бесконечное количество раз — цвета, насыщенность, яркость. Это очень интересная тема, она уже вовсю идет, но примеров пока немного, и я сам только начинаю в этом разбираться».

Ты садишься и видишь перед собой просто мотки разноцветных нитей, и из этого многообразия надо попасть в тон, попасть в цвет. Создание гобелена — очень живой процесс. Представьте: вы начинаете гобелен весной, и вот прошло лето, прошла осень, наступила зима, прошел год, и — сколько всего за это время случается событий? — вы уже совсем другой человек. Свой дипломный проект, к примеру, я ткала девять месяцев — каждый день с утра до вечера».

Не хватает легкости в этом вопросе — все сидят в своих застенках и годами ткут свои гобелены. Не хватает юмора, простоты, отходчивости. У тебя получился один гобелен, у меня другой — и это абсолютно нормально».

Сам я сейчас больше рисую эскизные варианты — непосредственно с материалом почти не работаю. Я учусь в другом городе, и у меня нет мастерской, в которой я бы мог спокойно любимым делом заниматься. Работа над гобеленом — это работа на полгода или даже год. А тут то на одной квартире живешь, то на другой, и переезды эти совершенно невозможны со станком. Так что я больше работаю над эскизами и иллюстрациями, но про гобелены помню всегда и иногда думаю, как это было бы круто.

Кстати, я тут недавно был в магазине IKEA. И, проходя по залам, увидел, что там продают ковры ручной работы. То есть, в принципе, получается, что огромная корпорация посчитала и вычислила, что ручное ткачество будет востребовано. Ковер не гобелен, но что-то близкое и рядом. Так что, я считаю, это для всех нас очень хорошая новость».