Продюсер, автор проекта Made in Dance, один из организаторов серии вечеринок Gagarin Party
К осени 1991 года лишь единицы в СССР были знакомы с новой электронной музыкой и мероприятиями клубного формата. Эта культура объединяла молодых людей, готовых к современной жизни. Художники питерского андеграунда, имевшие опыт планирования вечеринок с диджеями, в том числе иностранными звездами, рискнули взять на себя организацию первого рейва в Москве — во-первых, ради собственного развлечения, а во-вторых, чтобы приобщить к новым ценностям более широкий круг людей.
Тема советского космоса с его романтикой свершений и героями, знакомыми с детства, оказалась идеально созвучной зарождающейся тогда электронной сцене. 14 декабря 1991-го первая Gagarin Party стала художественной акцией, прославлявшей новую техно-культуру на фоне хрестоматийных достижений космонавтики, — звуку уделялась ключевая роль.
Эффект, который Gagarin Party произвела на общественное сознание, можно сравнить с незабываемым впечатлением от встречи сотен тысяч людей, выразивших свою гражданскую позицию на площадях и улицах Москвы и Петербурга во время путча в 1991 году. Вечеринка стала точкой отсчета, после которой по всей стране начнут открываться легальные клубы, электронная музыка получит доступ на радио и телевидение, а бренды будут охотно вкладывать в ночную жизнь деньги. Можно сказать, что из «Гагарин-пати» вырос весь современный «креативный класс».
Из материалов книги «Made in Dance, 1991–1999: Хроники электронной клубной сцены России» (первый тираж появится в продаже 5 сентября; следите за информацией на сайте проекта):
«Было время перемен, все боялись упустить что‑то важное. Незабываемая ночь. С нее начнется эпоха открытий, когда многое будет впервые», — Корин Микаэли Бамако, в 1990-е годы — атташе по культуре посольства Франции в России.
«Появилось желание как‑то очеловечить многие вещи, связанные с советской историей, которые не были в чистом виде идеологическими. Тот же Гагарин, летчики и спортсмены, писатели и ученые. С одной стороны, советский космос воспринимался как утопический проект, что было интересно. С другой, многим вдруг захотелось сделать Гагарина своим, героем нового типа, вынуть его из пантеона прогнившей советской идеологии. Отношение ко всему этому, конечно, было ироническим. Провести вечеринку в павильоне „Космос“ на ВДНХ означало немножко иронизировать на данную тему, но не цинично, а тепло», — Алексей Юрчак, профессор антропологии Калифорнийского университета в Беркли.
Артемий Троицкий 14 декабря сказал в прямом включении из павильона «Космос» на ВДНХ: «Сюда, друзья, сейчас здесь происходит все самое важное».
«Речь идет о современных ритуалах и невероятных полумистических, полурелигиозных событиях в рамках техно-культуры, техно-цивилизации. Получилось так, что группа отщепенцев, которые танцевали на „Гагарин-пати“, по факту завершали дело Гагарина, Королева, Циолковского и еще много кого. Еще древние греки проводили ритуалы и мистерии, где звуку отводилась ключевая роль. Без экскурса в древнюю историю здесь невозможно ничего понять. Безусловно, воспоминания о мистериях и религиозных ритуалах были вычеркнуты из повседневности, особенно в советское время. Потому многие люди и воспринимали это как нечто очень странное, как будто действительно произошла посадка инопланетного космического корабля», — Сергей «Африка» Бугаев, художник.
Жоаким Гарро — французский диджей, игравший на первом «Гагарине», позже назовет своего сына Юрием в честь первого космонавта.