В небольшом поселке Поньга (население около 120 человек) в Архангельской области 15 февраля прошел концерт группы Shortparis. Бесплатное выступление состоялось в местном доме культуры.
Как уточняет 29.ru, организовала мероприятие команда Ксении Собчак. Она приехала в поселок для съемок документального фильма. Вскоре запись выступления Shortparis должна появиться на ресурсах Собчак.
«Новая вкладка» отмечает, что, хоть музыка петербургской группы, играющей экспериментальный арт-рок, для многих непривычна, на концерт в Поньге собрался полный зал — от школьников до пенсионеров. Что, впрочем, неудивительно, поскольку в Поньге никогда не проходило крупных концертов.
На сцене поселкового ДК Shortparis исполнили среди прочих народную песню «Горе мое, горе». Ее музыканты подготовили вместе с местным хором.
Во время выступления группа пообщалась с гостями (модерировала дискуссию Ксения Собчак).
К примеру, местный житель Александр спросил, почему вокалист поет как девчонка. Николай Комягин ответил, что поет так, поскольку мать подарила ему такой голос. Он добавил, что мужчина может выглядеть по-разному, главное — «оставаться мужчиной по сути».
Вокалист ответил, что музыканты специально задумывали ввести зрителя в состояние хоррора. Он пошутил, что можно снять клип на песню «Весело» и он будет веселым.
Вот еще несколько реплик посетителей:
- «Сначала меня напугала ваша музыка, потому что она резкая, непонятная, я такое обычно не слушаю. Но когда я вслушалась в ваше пение, это такая страсть».
- «Я нахожусь впервые на таком мероприятии. Я очень впечатлена группой. Я, когда сюда ехала, не ожидала такого. Меня берет за душу то, как вы передаете свою энергию».
Некоторым, впрочем, стиль Shortparis не понравился. Они посетовали на «мумии на сцене» и «сатанизм».
Журналист 29.ru спросил у музыкантов, чувствует ли группа цензуру и почему остается в России. Комягин ответил, что считает необходимым «горевать вместе» горе, которое сейчас переживает страна. Именно об этом песня «Горе мое, горе», которую Shortparis исполнили с местным хором, именно в ней музыканты нашли ответ на этот вопрос, пояснил вокалист. Говоря о возможных ограничениях творчества, он заявил, что пока чувствует лишь самоцензуру.