8 экранизаций «Одиссеи» — от худшей к лучшей (оцениваем в Полифемах)

По удивительному стечению обстоятельств в конце девяностых вышли сразу несколько экранизаций «Одиссеи». Среди них — снятый для телеканала HBO на литовской студии Vilanima с привлечением российских аниматоров четырехсерийный мультсериал, который в России был показан в виде полнометражного фильма. Причем его англоязычная версия считается утерянной — сохранились только русская и греческая.

Продюсером картины выступил Гэри Курц, работавший в свое время над классическими «Звездными войнами» и «Темным кристаллом», а ее сюжет (но не фабула) максимально следует за гомеровской поэмой. Тем обиднее, что анимация в картине получилась несколько неодушевленной (что в свое время отмечал и LA Times), а режиссерская интерпретация — нулевой. И, что еще хуже, это довольно однобокое (троянцы тут выведены исключительно злодеями, а древние греки — героями), унылое и чрезвычайно пафосное кино, которое может разве что похвастаться своим эпилогом. В отличие от других экранизаций, оно не заканчивается расправой Одиссея над женихами, а показывает, как их родственники намерены отомстить царю Итаки. Такое гомеровское послесловие до этого можно было увидеть разве что в лайв-экшн-сериале 1968 года. Словом, можно посмотреть. Но одним глазом.

А это, напротив, крайне вольная адаптация «Одиссеи» от режиссера Уорвика Гилберта, собаку съевшего на анимационных экранизациях классических произведений — от «Робин Гуда» до «Айвенго». Уже с первых минут авторы мультфильма заваривают такую кашу из отсебятины, что их трактовка приводит к довольно топорному финалу: образ Пенелопы в этой инсценировке сливается с образом Навсикаи, которую Одиссей в конце спасает от жертвоприношения Посейдону и берет в жены, после чего история любви Одиссея и Пенелопы становится похожа на миф о Персее и Андромеде. Из самых вопиющих ошибок стоит отметить и двухголового Цербера, которого создатели фильма, очевидно, спутали с Орфом, — возможно, Гилберт на экранизациях съел все же не ту собаку.

Но даже если оставить душные претензии к авторскому видению, все равно останется не самая захватывающая (слава богам, идущая не больше часа!) картина, единственное ноу-хау которой — доведенная до апогея тема богоборчества. Имплицитное противостояние Одиссея с богом морей Посейдоном тут (извините, за каламбур) выливается в схватку.

Мокбастер инди-студии Asylum (скоро выйдет еще один, который называется просто «Одиссея»), который выглядит так, словно студент гуманитарного вуза то ли заскучал, то ли задремал за чтением «Илиады» и «Одиссеи» и решил их переписать по-своему. В итоге от Гомера тут осталось немного. После военной хитрости под кодовым названием «Троянский конь» Одиссей (Дилан Вокс), бросившись за борт, практически сразу оказывается на острове забвения у Калипсо (Сесилия Беллетти), а его встреча с унылой CGI-версией Полифема происходит ближе к концу и заканчивается, так толком и не успев начаться.

Впрочем, ничего удивительного: как всегда у Asylum, фильм снят за три копейки, на фоне нарисованных задников, скудной массовки (экипаж Одиссея — четыре человека), а зал дворца Одиссея освещают канделябры с лампочками — оказывается, электричество на Итаку провели еще в 1174 году до новой эры. Вот бы Гомер удивился, если бы не был слепым! Заканчивается фильм и вовсе сражением с кракеном, как в картине «Кракен», которого на Одиссея в качестве проклятия наслал царь Трои Приам (Эго Микитас).

Но зато тут у главного героя неожиданно есть классная напарница — принцесса-воительница Цирцея (Лара Хеллер), которая не имеет ничего общего с гомеровской Цирцеей и которую авторы фильма явно выдумали под впечатлением от Зены. Ее трогательные дружеские отношения с Одиссеем, которые так и не перерастают в роман (хотя Цирцея, очевидно, хотела бы), пожалуй, лучшее, что есть в этом неказистом треш-пеплуме.

Впрочем, треш-пеплум треш-пеплуму рознь. Например, апокриф под названием «Одиссей и остров Туманов» от режиссера сериалов «Приключения Синдбада», «Королева мечей» и «Одиссея 5», может, сделан не на пять, но уж точно в духе «так плохо, что уже хорошо». Перед нами неизвестные приключения Одиссея (Арнольд Вослу), рассказанные со слов молодого Гомера (Рэндал Эдвардс), который, оказывается, был на борту судна царя Итаки, когда тот возвращался домой. По дороге они потерпели кораблекрушение на острове Туманов, где встретились с кровожадными гарпиями-вампирами и их хозяйкой — падшей богиней Персефоной (Штефани фон Пфеттен), сбежавшей от своего мужа Аида.

Учитывая то, что этот выпущенный при участии нескольких телеканалов, в том числе Sci Fi Channel, фильм вышел в конце нулевых, над ним кружат не только гарпии, но и вайб любимых миллениальских сериалов «Удивительные странствия Геракла» и «Зена — королева воинов». А также приключенческой кинофраншизы «Мумия», ведь Одиссея тут сыграл один из обаятельнейших кинозлодеев своего времени Арнольд Вослу, прославившийся в первую очередь ролью жреца Имхотепа. Вообще, «Остров Туманов», подобно «Мумии», немного хоррор, немного размышление о том, что сказители не менее важны, чем воины, а, когда дело доходит до открытого противостояния с гарпиями, сурвайвал-боевик в духе «Хищника». Очень мужское и несколько мизогинное (никто из авторов не догадался посмотреть на ситуацию со стороны Персефоны) кино, в котором, как и в упомянутом «Кракене», есть оргазмический луч, в финале бьющий прямо в небо.

В пятидесятые–шестидесятые в моду основательно вошли фильмы в жанре «меча и сандалий», поэтому в свою пеплумную прайм-эру голливудская звезда Кирк Дуглас снялся в итальянской экранизации «Одиссеи» на студии Дино Де Лаурентиса. Через четыре года с ним выйдут «Викинги», а еще через два — легендарный «Спартак» Стэнли Кубрика. «Странствия Одиссея» такого же культового статуса не получат, хотя, например, в советском прокате их посмотрели 30 млн зрителей (что лишь в два раза меньше, чем у «Спартака»).

Фильм Марио Камерини по возможности сохраняет нелинейную (с точки зрения хронотопа) форму повествования поэмы Гомера, которую можно сравнить с «Криминальным чтивом» Квентина Тарантино. А практические спецэффекты, созданные при помощи не указанного в титрах оператора Марио Бавы (который прославился благодаря джалло, но не был чужд и пеплуму), до сих пор производят впечатление — особенно циклоп Полифем. Актерский состав тоже не подкачал: если Дуглас играет Одиссея, то его жену Пенелопу — Сильвана Мангано, звезда «Царя Эдипа» Пьера Паоло Пазолини, а коварнейшего из женихов Антиноя — Энтони Куинн, который потом отметится ролью Зевса в «Удивительных странствиях Геракла». Но чего все-таки не хватает этому двухчасовому фильму, так это более обстоятельного хронометража, в отличие от того же «Спартака», которые шел три с половиной часа. «Странствия Одиссея» получились очень конспективными, со скомканным сюжетом и финалом.

К сожалению, забытый, вышедший сразу после экранизации Андрея Кончаловского итальянский мультфильм, который был призван познакомить юных зрителей с «Одиссеей», но сделал это на своих правах и совершенно не на приторных щах. Стоит предупредить, что в картине достаточно много крови, а встреча с пожирающим воинов Одиссея циклопом Полифемом вообще обставлена как настоящий хоррор — задолго до Кристофера Нолана.

В мультфильме много сочных цветов и оттенков, чего только стоит красное средиземноморское солнце, а его сюжет представляет собой довольно исчерпывающий пересказ поэмы Гомера, хоть и без его хронологических завихрений. Словом, идеальная точка входа в мир «Одиссеи» для маленьких зрителей (автор этих строк еще в детстве остался под впечатлением от мультфильма) и отличный аперитив перед Ноланом.

В конце девяностых — начале нулевых британский продюсер Джеймс Ловелл, пробовавший до этого силы в кино («Клуб „Коттон“» Фрэнсиса Форда Копполы и «Гамлет» Франко Дзефферелли), нашел себя на телевидении, где создал целую мифологическую киновселенную Hallmark Entertainment, в которую, помимо «Одиссея» Андрея Кончаловского, также входят «Великий Мерлин» и «Арабские ночи» Стива Бэррона, «Клеопатра» Фрэнка Роддама и «Ясон и аргонавты» Ника Уиллинга (у последнего с «Одиссеем» даже был один оператор — Сергей Козлов).

Все это были двухсерийные телефильмы, которые, как правило, выходили на телеканале NBC и в которых голливудские звезды снимались вперемешку с ноунеймами. Спецэффекты в этих картинах сейчас, конечно, выглядят устаревшими, но зато в них был опередивший свое время дайверсити-кастинг: так, в «Одиссее» нимфу Калипсо сыграла темнокожая певица Ванесса Уилльямс. Само собой, и качество этих фильмов сильно разнится: если «Ясон и аргонавты» — это посредственный телик начала двухтысячных, то «Одиссей» — работа гораздо более серьезная.

Неудивительно, что на телепремии «Эмми-1997» этот мини-сериал получил награду за лучшую режиссуру. Актеры у Кончаловского (Арманд Ассанте — Одиссей, Грета Скакки — Пенелопа, и Ирен Папас, в сериале 1968 года представшая в роли Пенелопы, а тут — матери Одиссея Антиклеи) играют на порядок круче. А поразившие всех в свое время спецэффекты (за них картина тоже получила «Эмми») всего лишь фон для могучего эпоса, в котором у Одиссея конфликт с Посейдоном возникает не потому, что он (как обычно) убил его сына Полифема, а потому, что царь Итаки после взятия Трои бросил вызов богу морей. Но это богоборчество не разрешается внятной кульминацией, так как Кончаловского больше увлекают узоры на ковре истории — неслучайно ведь, когда Одиссей оказывается на острове Калипсо, он словно цитирует Параджанова.

Называющийся в оригинале просто «Возвращение», фильм Пазолини обращается ко второй половине монументальной (напомним, что она состоит из 24 песней!) поэмы Гомера, когда Одиссей возвращается домой и видит, что его возлюбленная Пенелопа отбивается от женихов, Итака уже не та, а больше всего царю радуется его пес Аргус, практически сразу умерший у него на руках. Честно говоря, после захватывающих средиземноморских приключений натягивание тетивы лука, стрельба через 12 колец и битва за трон не производят такого же сильного впечатления, особенно если учесть, что в 13-й главе Одиссей просто чиллит. Но это если снимать возвращение на Итаку как тупой боевик о мести. У Пазолини все, напротив, тоньше и глубже.

Никаких богов, никаких подвигов — только жесточайший ПТСР у бывшего солдата, который десять лет провел на войне, а потом еще десять лет скитался по морю. Рэйф Файнс прекрасен в роли контуженного, но смертельно опасного (когда ситуация доходит до точки кипения) Одиссея. Не менее замечательна и Жюльетт Бинош, чья Пенелопа в переносном смысле вынуждена постоянно лавировать между Сциллой и Харибдой, то есть между вечно недовольными женихами и шеймящим ее сыном Телемахом (максимально даже по своим меркам неприятный Чарли Пламмер). Но кто по-настоящему грандиозен в этой психологической драме, так это неплохой, по сути, Антиной Марван Кензари, который превращается в фигуру трагических пропорций. Грустное, грустное кино про то, что возвращение с войны никогда не бывает легким.