Добродушный, но очень печальный на вид молекулярный биолог (Райан Гослинг) обнаруживает после криогенного сна, что остался единственным выжившим из команды космического корабля, отправившегося в соседнюю от нас звездную систему. Дело в том, что нашему Солнцу угрожает загадочная форма жизни, питающаяся светом, а Тау Кита — ближайшая звезда, которая по какой-то причине избежала атаки паразитов. В исследовательскую экспедицию ученого отправила с билетом в один конец обманчиво строгая чиновница (Сандра Хюллер), забрав чуть ли не за шкирку со школьного урока, где тот преподавал физику младшеклассникам. На серьезную научную карьеру ученый давно забил после одной непопулярной публикации, но с подачи женщины делает одно остроумное открытие за другим.
Если матчасть происходящего совершенно непонятна, не пугайтесь: фильм битый час тратит на то, чтобы не раз все разжевать. Гораздо важнее помнить, что астронавт Гослинга во всех ситуациях держит хвост пистолетом: скажем, утро на звездолете начинает, попивая через трубочку контрабандную водку под кантри, и вскоре даже в дальнем уголке космоса умудряется найти неожиданного товарища по несчастью (помимо уже имеющейся голосовой помощницы).
Каждому поколению — своя космическая одиссея. Рожденные до войны и ставшие свидетелями покорения космоса в прямом эфире Кубрик, Кауфман и Иствуд видели в путешествиях к звездам ответы на все экзистенциальные вопросы. Иксеры, заставшие лишь угасание космической гонки, свели все к смертельно скучному психоанализу: у Джеймса Грея Брэд Питт пролетал через Солнечную систему, чтобы догнать ушедшего из семьи отца, Юхан Ренк отправлял Адама Сэндлера вести беседы с пауком-психоаналитиком у Юпитера. Наконец, миллениалы не придумали ничего лучше, чем всякий раз отправлять в невесомость Райана Гослинга и следить за его естественным эмоциональным состоянием: до нынешней премьеры ровно это же сделал Дэмиен Шазелл.
Кроме шуток, первое, что бросается в глаза в «Проекте „Конец света“», — полное отсутствие какого-либо подтекста. Если герою Гослинга грустно, он плачет, если весело — смеется, если чувствует симпатию и благодарность, то непременно предложит обняться (пускай даже через скафандр). А все прочее рано или поздно прямым текстом выскажет в бортовом видеоблоге. Не хочется лишний раз спойлерить фильм, но раз широко растиражированные трейлеры фильма и так уже все проспойлерили, то позволим себе написать, что и во встрече с добрым, как Чебурашка, каменным пришельцем нет никакого второго дна, помимо искреннего товарищества двух непохожих ученых. Мрачного твиста не стоит ждать ни от голосовой помощницы, ни от самой правительственной миссии — сюжет сводится к тому, что герой Гослинга прямолинейно выполняет поставленные задачи: одной левой расшифровывает язык пришельца (синтаксис которого на удивление ближе к английскому, чем у половины земных языков), после чего для добычи спасительной пробы на неизведанной планете использует приемы старой доброй земной рыбалки.
Циники скажут, что этот технооптимизм — прямое следствие того, что картина является крупнейшей инвестицией в полнометражное кино Джеффа Безоса, параллельно увлекающегося личной космической программой (все помнят запуск Кэти Перри на орбиту). Но на самом деле все вышесказанное — еще и прямое выражение художественных голосов режиссеров Лорда и Миллера. Прямолинейность и добродушие — это не обязательно плохо.
Формально, согласно теории поколений, эти двое — конечно, младшие иксеры (как и автор романа-первоисточника Энди Вейер), но их творчество стало апогеем именно миллениальского мировоззрения и вкуса. «Мачо и ботан» был чуть ли не первой большой кинокомедией, которую в полной мере можно назвать мемной; серия мультфильмов по «Лего» оказалась абсолютным воплощением романтики гиковских сабреддитов и ностальгических ютуб-обзоров. Увы, космическую гонку против бумеров Миллер и Лорд позорно проиграли в 2017 году, когда студия бесцеремонно уволила их с почти отснятого приквела «Звездных войн» про Хана Соло (из-за якобы неуместного комедийного тона), после чего наняла Рона Ховарда все снимать сначала в более классической манере. В интервью Лорд и Миллер изо всех сил давят на то, что работа над тем фильмом была позитивным опытом, который их никак не травмировал и многому научил. За этим очень миллениальским оптимизмом начинаешь невольно подозревать ровно противоположные чувства.
Как бы то ни было, легко представить, что после 2017 года режиссеры поклялись себе работать только по контрактам, которые делают их неувольняемыми и несокращаемыми. Как иначе объяснить тот факт, что в выходящем после девяти лет простоя «Проекте „Конец света“» рекордное по меркам фильмов такого уровня количество моментов детской непосредственности и попросту необязательных сцен? Находится место и импровизированной игре в боулинг в магазине стройматериалов на пару с государственным телохранителем, и необрезанному исполнению в караоке песни от Сандры Хюллер, и многочисленным сессиям в VR-комнате в компании инопланетянина.
Что ж, авторов трудно осуждать, ведь, возможно, шанс снять такую масштабную оду миллениальскому оптимизму в следующий раз представится нескоро. Невозможно представить, что настолько ладно скроенный фильм с таким славным Гослингом прямо провалится в прокате, но и блокбастер-миллиардник с этим актером, когда рядом нет Барби, вообразить тяжело. Миллиард был не под силу даже Ридли Скотту и Мэтту Деймону, экранизировавшим предыдущий бестселлер Вейера «Марсианин» десять лет назад. Тогда прагматичный, в духе веселых видеоуроков, подход к космической науке производил освежающий эффект, а Деймон демонстрировал скорее ковбойскую удаль иствудского толка. У слишком трепетного Гослинга и давно оторванных от духа времени Лорда — Миллера шансов, очевидно, еще меньше.
Земная экономика образца XXI века не дала обаятельному умнице-ученому ни карьеры, ни семьи (тут скорее виновата дейтинг-экономика), ни просто шанса состариться в экологически благополучном мире. Решение, которое он принимает в конце фильма, напрямую вытекает из этих обстоятельств. Лорду и Миллеру голливудская экономика тоже дала далеко не все, что могла (прямо сейчас жертвой бесконечных переносов оказался их продюсерский проект — мультфильм-триквел «Человек-паук: За пределами вселенных»). У них-то шанса обосноваться на другой планете нет, поэтому даже такой неловкий, неровный и глуповатый миллениальский манифест хочется не ругать, а ценить.
Никиты Лаврецкого
