«2006 год. Кингисепп. 1-я школа. Самое яркое воспоминание — мы обманули всех учителей и директора, что якобы у нас будет музыкальная программа для танцев, а в итоге поставили школьный аппарат, барабаны, комбики и сыграли The Stooges „I Wanna Be Your Dog“».
«Я выпустилась ровно 15 лет назад и до сих пор не верю, что прошло столько времени. Училась я в школе в небольшом военном городке Светлый Саратовской области, которую окончил актер Евгений Миронов.
Еще с детства 11-классники казались мне невероятно крутыми. Мы с подружками каждый год в день выпускного приходили к школе, чтобы посмотреть на наряды девочек и потом весь вечер спорить, у кого был самый красивый. Уже тогда я мечтала поскорее вырасти и стать такой же классной старшеклассницей.
Последний день учебы в нашей школе у выпускников назывался Днем непослушания. Ребята ходили, как кинозвезды, и оставляли автографы младшеклассникам прямо на руках. Получить такую роспись считалось особой честью. За разрисованные кисти меня каждый раз ругала преподавательница по фортепиано, но мне было все равно.
Обычно 24 мая будущие абитуриенты выбирали одну общую тему и могли нарядиться маленькими детьми или примерить образы представителей разных профессий. Мы росли на „Гарри Поттере,“ „Сумерках“ и „Классном мюзикле“ и очень хотели выглядеть как те самые киношные выпускники, поэтому родители сшили нам академические мантии и шапочки с кисточками.
С шести утра мы гуляли по улицам и кричали: „Сорок пятый!“ (выпуск). Обычно ученикам 11-го класса разрешали прогуливать занятия, выходить на переменах на школьное крыльцо и вообще делать все что хотят. Но в тот раз что-то пошло не так: учителя запретили нам выходить на улицу. Сидеть на уроках не очень хотелось, и мы не придумали ничего лучше, как после четвертого урока зайти в женский туалет, открыть окно и эвакуироваться через него. Побег затянулся: оказалось, что спрыгнуть с первого этажа (а он был высоко!) и не получить травму не так-то просто, поэтому все немного застряли. Потом мы быстро убежали и радовались, как круто все провернули. Правда, позже узнали, что за нашей операцией в окно наблюдали завучи.
На сам последний звонок мы гуляли по Саратову, катались на аттракционах, потом тусили в кафе, долго гуляли, а домой я пришла часа в два ночи. Выпускной тоже прошел весело. Многие обычно не любят пересматривать свои фото с того дня, но не я. Мне до сих пор нравится, как я тогда выглядела, учитывая моду 2011-го.
Помню, что после официальной части, уже под утро, мы отправились встречать рассвет на так называемую поляну где-то в лесу, куда подъехали наши друзья-первокурсники на машинах. Тогда один мой одноклассник дал 500 рублей водителю, чтобы тот поставил на репит песню, которая нам тогда всем почему-то зашла — „Он уходил, она вслед кричала“. И только через несколько лет я узнала, что ее поет не Гуф.
Несмотря на то, что школу я не очень любила, благодаря этим дням у меня остались о ней только теплые и хорошие воспоминания. Жаль, что сейчас мало с кем из одноклассников удается поддерживать связь.
Выпускникам все обычно желают удачи в выборе профессии и пугают, что от этого зависит дальнейшая жизнь. А я бы посоветовала не бояться ошибиться, ведь все всегда можно переиграть. В свое время я очень ответственно подошла к выбору первой специальности, но поступила в вуз, учиться в котором мне не понравилось. Хорошо, что я это вовремя поняла и перевелась в другой (и не абы какой, а Плехановку!), где быстро досдала программу и нашла классных друзей».
«Последние четыре года я учился в англоязычной американской школе: со шкафчиками, спортсменами, чирлидершами и задротами. Соответственно выпускной был очень американским, в шапках бакалавров и мантиях, с большим размахом.
Так совпало, что выпускной проходил в один день с моим клабшоу. И вместо того чтобы с классом пойти в клуб Fashion, где все напивались до пяти утра, мы напивались до пяти утра на тусовке, которую организовали мы с друзьями, я презентовал там демки с третьего „Decadance“. Только вышел трек „Noir 2“, мой локальный фейм в Чехии был на пике. Мы собрали 500 человек на тусовке на корабле, где было много русских студентов, каждый из которых меня знал, у меня было только пять тысяч подписчиков в инсте*.
Я тогда был очень эпатажным худым волосатым нефором. Мы навели максимум шума, помимо мантии, на выпуске на мне было много цепей, это было красиво и круто. Сейчас, конечно, такой сваги у меня нет, я больше не такой выпендрежник. Но глядя на видео с выпускного, хочется вернуться в это время».
«Мой выпускной был в далеком 2004 году, когда еще не остыли воспоминания от лихих девяностых, поэтому, возможно, не случайно он проходил в поминальном зале на территории медгородка рядом с моргом. Причина, впрочем, была не эстетическая (никто не хотел устраивать вечеринку в готическом вайбе с ожившими мертвецами), а чисто практическая: аренда в таком месте стоила гораздо дешевле, чем в более, скажем так, люксовом месте. На него не у всех были деньги, и хотя тогда как раз скакнули цены на нефть, на жизни в Челябинске это не особо отразилось.
Мы с однокашниками не сильно парились о месте проведения — такие приколы просто казались нормой (хотя сейчас, не скрою, выглядят несколько диковато). Вообще ничего необычного, несмотря на столь нетривиальный антураж, на выпускном не произошло. Обошлось, если я все правильно помню, без драк, а пара моих школьных приятелей пережила миг славы: диджей согласился поставить болванку с музыкой, которую они записали во FruityLoops. Ночью приехали копы проверить, не шалят ли выпускники. А увидев, что все происходит более-менее чинно (несмотря на тайно пронесенный алкоголь), удалились восвояси.
Расставание со школой у меня прошло очень спокойно. Поскольку я никогда ее не любил, то после выпускного, признаться, испытал сильное облегчение. Как хорошо, что этот ужас закончился и никогда больше не повторится».
«Со школой у меня сложные отношения. Я даже люблю шутить, что провела там десять лет от звонка до звонка. Был период, когда отношения с одноклассниками не складывались, но к старшим классам стало проще: и с ребятами мы общались уже лучше, да и я сама перестала так остро реагировать на подростковые проблемы.
В старшей школе у нас по факту было два классных руководителя. Официальный — учитель русского языка, литературы и МХК Ирина Александровна Сергеева. Хочется сказать про нее отдельно, потому что это лучший педагог, которого я встречала в жизни. На тот момент уже пожилая женщина, про таких говорили „учитель старой закалки“. В советское время о них снимали фильмы. Даже троечники читали у нее „Войну и мир“ и зазубривали название греческих ваз (до сих пор в Пушкинском музее отличают „гидрию“ от „кратера“). Второй классный руководитель — „художественный“. Ее звали Юлия Михайловна Петрищевская. Вместе с нами ставила все представления, включая „Последний звонок“. По сей день удивляюсь, почему она преподавала алгебру и геометрию, а не работала режиссером где-нибудь в МХТ.
На выпускной идти не хотела: лучшая подруга решила пропустить праздник в своей школе, и я думала последовать ее примеру. Но у мамы был короткий разговор: „Ты пойдешь на выпускной, это не обсуждается“.
Последний звонок мы превратили в церемонию награждения наподобие „Оскара“ — вручали преподавателям премию „Золотая кнопка“ в шуточных номинациях. Призом был покрашенный золотой краской игрушечный стул с приклеенной к сиденью кнопкой. А еще про каждого учителя пели переделанные хиты того времени. На всю жизнь запомнила „Сто стежков назад“, адресованную учительнице труда и исполненную одноклассницами в образах группы „ВИА Гра“ (в 2005-м мы еще не знали, что именно тот состав назовут „золотым“). Еще был забавный момент: наши мальчики изображали Rammstein, и мой сосед по парте Саша выбрил ирокез для номера. На выпускной ответили учителя — выпускников и их родителей отмечали в разных номинациях.
И на последнем звонке, и на выпускном все пошло не по плану. В день последнего звонка в Москве случилась масштабная авария, и половина города оказалась без электричества. Несколько часов не работало метро, а мы пытались придумать, как подключить магнитофон с музыкой в школе, где полностью отсутствовала электроэнергия. Кажется, в итоге кто-то притащил из отцовского гаража генератор. Планировалось, что после концерта мы поедем гулять в центр. Но вместо этого отправились в Измайловский лес — метро же не ходило. Обиды за десять лет забылись, и мы общались как классная компания.
На выпускном отличилась небесная канцелярия — стояла ужасная погода, было холодно, шел проливной дождь и дул сильный ветер. Кажется, в новостях это называли бурей или даже ураганом. Оплаченную прогулку не отменили, и в итоге мы катались по Москве на автобусе, отказываясь выходить для фотографий. Выпускной отмечали в школе, и память почти ничего не сохранила о том вечере.
Хорошо помню только то, что плакала, — и на последнем звонке, и на выпускном. Несмотря на все сложности, я была привязана к школе и не могла представить себе другую жизнь. Неизвестность пугала, но оказалось, что именно в тот момент жизнь начиналась.
Сегодняшним выпускникам мне тоже хочется сказать, что настоящая жизнь еще впереди. Если в школе было что-то не так, вы провалили экзамен или просто не понимаете, куда двигаться дальше, то ничего страшного. Экзамен можно пересдать, а проблемы, которые кажутся критичными прямо сейчас, забудутся через пару лет. Сейчас я смотрю на фотографии двадцатилетней (какой ужас!) давности и удивляюсь, что реагирую на прошлое как в песне „Мумий Тролля“: „Мне уже не важно, все не так уж важно“. Все, что было критично сегодня, не так уж важно завтра».
«Оканчивать школу в ковидный год — сомнительное испытание. С марта все уроки были по зуму, параллельно надо было готовиться к ЕГЭ, а я не мог ходить на курсы очно. Последний звонок был в июне. Нас вызвали в школу, все были в масках, хотя все так или иначе стояли вместе в холле. Нас по одному вызывали в актовый зал, фотографировали, вручали аттестаты, мне дали серебряную медаль. За нее от мэрии дали приятную копеечку. После пошли гулять с товарищем и отмечали как могли.
За месяц до этого было грустно, потому что казалось, что не будет никакого последнего звонка, и мы поколение, которого этого лишилось. Вышел тогда на район с листком с надписью „здесь могла быть выпускная лента“, поймал пару ухмыляющихся взглядов — и был таков. Это в целом было странное лето. Во ВГИКе большую роль играют вступительные испытания, а на фоне того, что все сдвинулось, про поступление я узнал только в конце августа. Было стрессово, но хорошо.
А выпускной прошел хорошо. Были регионы, где ковидные ограничения были жестче, а у нас в Ярославле — все слава богу. Отфоткались на альбомы, было отличное место на набережной. Потанцевали, поприкалывались, потом, естественно, пошли гулять по ночному Ярославлю, тоже пригубили, чего скрывать. Пошли встречать рассвет и завтракали в „Макдоналдсе“.
Ведущим выпускного был главный стендапер Ярославля Роман Касиян. У меня в 16 лет был гиперфикс на стендапе, был странный момент: все расселись по столам, Роман со всеми знакомился, дошел до нашего столика и тут же сменил голос на пару децибел: „А это же Никита Парсегов, звукорежиссер проекта Big Russian Standup“, и включил громкую отбивку. Мне было дико неловко и стыдно, потому что узнали, что я связан со стендапом. В моменте я возненавидел Романа, но через десять секунд стало смешно. Еще был музыкальный конкурс, где нужно было угадывать треки, чувствовал себя как на великой передаче „Узнать за 10 секунд“. Потом включился трек группы „Браво“ „Этот город“, и я один из всех выпускников угадал его и пустился в пляс со своей классной руководительницей».
«Мои старшие классы пришлись на пандемию COVID-19, так что выпускного у меня не было. Вернее, его, кажется, собирались перенести с июня на сентябрь — на случай, если к тому времени снова разрешат массовые мероприятия, — но к осени мы уже стали первокурсниками, а часть одноклассников вообще уехала из Москвы, так что идея быстро потеряла смысл.
Но я совсем не расстроилась, меньше всего в конце одиннадцатого класса мне хотелось думать о нарядах, фотозонах, съемке видео от класса и других хлопотах, связанных с этим праздником. Мне кажется, во время таких торжеств ты слишком много думаешь о том, какой должна быть эта „самая важная ночь в жизни“, — и из-за этого почти не проживаешь ее по-настоящему. К тому же на тебя давят родители: у них тоже существует собственный сценарий этого дня, представления о том, как тебя надо нарядить, сфотографировать и правильно проводить во взрослую жизнь.
Гораздо больше я жалею о другом — что недообщалась с одноклассниками и ребятами из параллели. Десятый-одиннадцатый класс я училась в новой школе, и примерно к тому моменту, когда нас перевели в онлайн, у меня наконец сложилась своя френдгруппа. Мы постоянно созванивались по зуму и вместе готовились к олимпиадам и ЕГЭ или пересматривали „Гарри Поттера“ и сколько-то серий „Черного зеркала“. Но как же хотелось хихикать на соседних партах, вместе обедать на переменке и идти к метро после уроков!
Обнимались и фотографировались с друзьями мы только на вручении аттестатов в конце июня. Классы приходили по очереди, каждый к своему времени. Все происходило прямо на крыльце школы, аттестаты стопкой лежали на лавочке. Все были одеты плюс-минус как обычно, некоторые пришли в белых рубашках или платьях, но ни арендованных смокингов, ни блестящих платьев в пол, конечно, не было. Зато все носили маски и снимали их только ради фотографий.
Из плюсов — мне пришлось сдавать всего один ЕГЭ, по русскому языку. Я написала его минут за сорок и ушла. Базовую математику из-за пандемии отменили, а предметы по выбору мне были не нужны: я поступала по олимпиаде. Кстати, сами олимпиады тоже остались без привычных церемоний — свое торжественное награждение я смотрела в трансляции на ютубе вместе с друзьями в крошечном серфе на Покровке.
Мой совет выпускникам — поменьше слушать людей, которые убеждают вас, что школьные годы обязательно должны стать лучшим временем вашей жизни и что именно их вы будете вспоминать вечно. Когда заканчивается одиннадцатый класс, действительно заканчивается целая маленькая жизнь, и это может быть грустно.
Но могу точно сказать: школа не была лучшим временем моей жизни. С каждым годом мне нравится жить все больше. Я становлюсь взрослее, лучше понимаю себя, могу сама принимать решения и выстраивать свою жизнь. Я больше не заперта в школьном классе с людьми, которых не выбирала, не так завишу от учителей и родителей. Теперь я сама решаю, кто будет рядом со мной, чем мне заниматься и каким человеком становиться. Выпускной — это просто один из переходов. Дальше — только больше и лучше».
«В плане социализации и друзей со школой мне повезло намного больше, чем с университетом. С друзьями из класса и параллели я продолжал общаться годами, в школе встретил и первую любовь, там же примерно понял, чем хочу заниматься в будущем. Последний звонок при этом помню очень относительно: была какая-то церемония в актовом зале, после которой всех будущих выпускников отправили в автобусы, которые увезли нас в Дудутки — комплекс „под старину“ неподалеку от Минска. Там была какая-то официальная программа, с которой все старались поскорее сбежать за ближайший угол, чтобы попить спрайт или апельсиновый сок и поднять себе настроение духом чего-то запретного.
В Минск нас вернули поздним вечером, все были уже достаточно веселыми, чтобы смутно помнить дорогу, но один момент я помню как сейчас: наша учительница белорусского Екатерина Александровна попросила тот самый пакет с апельсиновым соком, а мы смущенно отказали, потому что как-то нехорошо вышло бы. Она неодобрительно покачала головой, улыбнулась и пошла в другую часть автобуса.
Сам выпускной был, кажется, классическим для большинства минских школ: официальная часть, аттестаты, мельтешение по коридорам и на улице. Мы с пацанами оккупировали телевизор на вахте, потому что в этот день стартовал чемпионат мира-2010, так мы на маленьком экране смотрели, как сборная ЮАР забивает Франции. А еще наша директриса была женщиной очень строгих нравов. Поэтому в начале вечера из школы выгнали первую учительницу параллельного класса за то, что она посмела выпить шампанского с родителями выпускников. А ближе к утру нас всех уже не отпустили встречать рассвет в городе, потому что „не положено“. Кто-то пошел домой, кто-то остался у школьного стадиона. На следующий день мы все прекрасно компенсировали в гостях у одноклассника Влада, родители которого любезно уехали на дачу. Ничего из того вечера не помню, но было классно.
Я скорее помню вайб выпускного года, когда всех больше волновали репетиторы и поступление, чем последние контрольные. В память врезался вот такой момент: я прогуливаю химию в „Макдоналдсе“, где вижу еще примерно половину класса. Тут мне звонит классная руководительница: „Леша, ты где?“ —„Ну…“ — „Понятно. Купи мне вишневый пирожок, пожалуйста, и на перемене зайди ко мне в кабинет“.
Бонус не про школу, но университет. Его я оканчивал через два отчисления (в случае иняза это довольно отвратительное достижение) и без особых восторгов. Ни на какой выпускной идти не планировал: так вышло, что в последний год мне нужно было просто досдать один хвост и закрыть диплом с госэкзаменами (не важно), а свою группу я впервые увидел как раз на госе. Хотел пропустить и вручение, тихо забрав диплом попозже, тем более семьи в городе все равно не было. Но запретили лучшие друзья: „Пока мы не увидим, как тебе в руки отдают диплом, не поверим, что ты что-то там окончил“. Поэтому при вручении диплома переводчика с английского и шведского языков из зала мне гордо хлопали три ближайший друга. А с группой я случайно остался пить шампанское после получения диплома, день закончился в шесть утра у меня дома.
* Instagram принадлежит компании Meta, признанной экстремисткой организацией на территории РФ.