Третий сезон «Эйфории» еще не вышел полностью, но публика уже предъявила ему множество претензий: от утраты фирменной эстетики до пропаганды педофилиии эксплуатации женской сексуальности. Смутило зрителей и внезапное решение героини Сидни Суини Кэсси стать онлифанс-моделью. По сюжету она живет с женихом Нейтом (Джейкоб Элорди) в большом доме и ни в чем не нуждается, разве что в цветах для свадьбы за пятьдесят тысяч долларов. Но так ли часто в секс-индустрию приходят обеспеченные девушки? Вот как на этот вопрос отвечают сами модели.
«Обеспеченные девушки нередко становятся онлифанс-моделями. У меня полная и достаточно состоятельная семья — с самого детства я ни в чем не нуждалась. Изначально я была спортивным блогером. Контент отражал не только мои спортивные результаты, но и мое тело. Через три года ведения блога я приняла решение завести ОФ для дополнительной монетизации контента.
Я придерживаюсь мнения, что здоровая девушка без проблем с самооценкой и самовосприятием, без травм, связанных с сексуальным насилием, не пойдет в adlut-индустрию. У нее даже мысли подобной в голове не возникнет. Таких историй очень много, но я думаю, что не каждая ОФ-модель способна в этом признаться даже самой себе.
Но есть обычные здоровые девчонки, готовые идти на это исключительно ради денег, переступая через стыд и страх. Я уверена: они поступают опрометчиво и, скорее всего, об этом пожалеют. В отличие от женщин, у которых надорвана связь с собственным телом, тех, кто не испытывает стыда или скованности, когда кто-то смотрит на них голых.
Надеюсь, в новом сезоне «Эйфории» покажут много подводных камней онлифанса. А они есть. Например, приходится сталкиваться с осознанием, что все обязательно узнают и увидят, с первыми крупными сливами и недовольными твоим телом комментаторами. Надо продолжать снимать и генерировать контент даже тогда, когда либидо на нуле. Был период, когда я долго пила антидепрессанты — приходилось симулировать и заставлять себя верить в то, что я хоть немного возбуждена. От общественной стигматизации и страха одиночества никуда не деться».
«На онлик иногда идут девочки, у которых и так есть деньги, причем немаленькие. Недавний пример — Лиза Анохина, у нее богатые родители, большая аудитория, модельные контракты. Для меня загадка, зачем она завела аккаунт на онлифансе, сомневаюсь, что из-за проблем с финансами. Скорее это пиар-ход, или Лиза хочет перестать зависеть от родителей.
Если брать мой опыт: я не бедная, у меня есть финансовая поддержка и сторонний доход. Но этого не хватало на все хотелки и даже на оплату квартиры, поэтому приходилось просить помощь у родственников, а этого делать максимально не хотелось. Я занималась фотографией и моделингом, а еще мне эстетически всегда нравились женские тела. Подумала, что смогу дораскрыться на онлифансе и быстро заработать. Целый год получала от друзей прикольчики: «Да иди на онлик, там 100% богатой станешь». Когда тебе раз за разом впихивают мысль в голову, она нормализуется.
Подростком я не получала внимания от противоположного пола, потом подросла, похорошела, начала одеваться более женственно, постить фото и поняла: теперь могу получать внимание, лайки и повышать таким образом самооценку. Больше делаешь, больше отклика, но с каждым разом хочешь еще больше.
До сих пор размышляю, хочу ли окончательно уходить в ОФ-сферу. Страшно, что окружающие узнают об этом. Кроме того, я творческий человек, а тут нет никакого креатива.
Пара знакомых воспринимают онлифанс как подработку, «легкие деньги». Хотя я бы не назвала эту работу простой. Нужно быть дисциплинированным, регулярно делать качественный контент. Агентство выдает задание на месяц — сколько чего отснять, в каких образах. Сделала, отправила, а дальше надо заниматься чатингом. Для меня это самое сложное и неприятное.
Мужчины в переписке сильно манипулировали мной, а я мягкая девочка, сложно было это вывозить. Один раз сразу три человека в момент давили на меня, заставляя прислать им за деньги то, что противоречит моим принципам. Я отказалась, так как понимала, что себя потом не прощу. Но сказать «нет» под давлением было сложно. Ходила подавленная два дня и просила друзей-мальчиков попереписываться за меня, и это помогло. Сейчас у меня получается защищать свои границы и не делать то, чего не хочу.
Многие сами не чатятся с донатерами. Я слышала ужасные истории от тех, кто делает это за моделей. Да и мне присылали в личку без спроса видео запрещенного характера. Я сразу заблокировала человека, но ситуация сильно меня травмировала. После обнаружения некоторых людских фетишей ты разочаровываешься в мире и мужчинах.
Неприятно, когда тебя не воспринимают за человека. Но то же самое происходит и на обычных работах — в сфере обслуживания, например. Все равно будешь прислугой».
«Я на онлифанс шла работать не от плохой жизни или потому что у меня не было другого выбора. Тема секса не вызывает у меня никаких стеснений, и восприятие мужских и женских тел не табуировано.
Мне кажется, что 80% девушек идут на онлифанс ради денег. Отправляться за вниманием и любовью на такие платформы — максимально странно. Тут получить мужское внимание проще простого, но нет никакой интриги, а значит, становится скучно.
Я не фанатка просмотра сериалов и фильмов про секс-индустрию. Последнее, что смотрела, — «Эскортницы» (2021). У меня есть подруги и знакомые, которые работали в этой сфере. И судя по их историям, кино достаточно хорошо описывает подноготную: треша там намного больше, чем люди могут себе представить. Слышала страшные истории — как над девчонками издевались, как гонялись за ними с ружьем.
С онлифанс-моделями такого не происходит, но неприятные моменты, конечно, тоже имеются. Первый — осознание того, какие конченные, извращенные фантазии бывают у мужчин, и что эти люди гуляют с нами по улицам.
Второй — это осуждение общества и потребность скрывать от окружающих свою работу. Девушки, которые идут на онлифанс, должны понимать: рано или поздно все вскроется. Поэтому я никогда это не скрывала. Семья знала, все друзья нормально отнеслись. Если скрывать, потом вылезет наружу, и перенести это будет намного сложнее.
Третий — онлифанс влияет на отношения. Практически нереально найти партнера, который нормально отнесется к этой работе. Он должен разделять твои взгляды и быть готов к тому, что его будут осуждать».
