Как справляться с тревогой от новостей? Отвечают люди, которые с ними работают

Я работаю корреспондентом в ежедневной газете и специализируюсь на общественно-политической тематике, поэтому инфополе контролирую примерно 18 часов в сутки (в остальное время я все-таки заставляю себя поспать). Но тревогу от самих новостей испытываю достаточно редко. И, насколько мне удалось себя понять, исключительно потому, что через пару недель работы в журналистике четко уяснила, что «новости — это моя работа». И ничего больше. Кажется, я даже не соотношу это с реальностью за пределами своих задач. То есть любое сообщение я оцениваю в первую очередь со стороны корреспондента: «о, это международка, не моя тематика», «о, об этом писала тогда-то», «бэк вытащу из старого материала», «отлично, есть подходящий комментатор». Тревога тоже чисто рабочая — «а вот тут подходящего комментатора нет», «а этот док огромный, не успею к дедлайну проанализировать».

Рефлексия о том, что это может в буквальном смысле повлиять на мою обычную жизнь (и даже все чаще, к сожалению, смерть), наоборот, приходит очень запоздало. И то не всегда. В общем, не уверена, что панацеей от тревоги будет пойти работать в журналистику, но определенную броню это точно помогает отрастить. Если она не отращивается, сбежать из профессии хочется очень быстро. А даже если не хочется, все равно не задержишься, потому что сойдешь с ума, если будешь чувствовать каждую новость.

Когда ощущаю, что слишком тревожусь от новостей, стараюсь понять, почему это происходит. Например, если что-то резонирует с моим личным опытом и относится к триггерным темам, надо просто пережить. А если что-то новое — возможно, просто накопилась усталость. И на выходных стоит хорошо выспаться.

Со смыслом в профессии у меня тоже все просто — это вид работы, который  у меня неплохо получается выполнять. И это приносит мне деньги и дает самореализовываться в том, что несильно раздражает. А если вдруг это кому-то поможет или порадует, это скорее неожиданный и приятный бонус, но далеко не единственный итог. Смириться с тем, что я не спасу весь мир и не помогу всем, кому нужна помощь, получается достаточно сразу. А в таком потоке информации и плохих новостей большим успехом, на мой взгляд, становится возможность помогать лично себе и тем, кого ты любишь (конечно же, не вредя при этом другим).

Я работаю в новостном отделе, поэтому взаимодействую с сообщениями СМИ примерно 24/7. Даже в выходной приходится так или иначе присматривать за повесткой, чтобы в будние дни не хлопать глазами и не пытаться понять, а что случилось. Это, конечно, накладывает отпечаток. С одной стороны, ты становишься спокойнее, потому что в твою смену условный «конец света» в теории может происходить по 2–3 раза за неделю. Вполне реально они происходят по 2–3 за месяц. И уж точно по 2–3 за год. Вырабатывается своего рода иммунитет. Впрочем, иногда достаточно небольшой мелочи, типа новости о сбитой собаке в районном канале, чтобы тебя слегка размотало. Вероятно, сказывается напряжение, на осмысление которого не хватает времени и сил.

Скажем, апокалиптические сценарии о том, что ИИ нас всех оставит без работы завтра, не трогают уже давно. А вот методично накапливающиеся новости о том, что наем в конкретной специальности снизился на 5%, потом еще на 5%, потом вообще «встал на паузу», потом в той же профессии уже полгода наблюдается стагнация зарплат — куда неприятнее. В этом куда меньше паники и больше необратимости.

На днях обсуждали в одном чате для журналистов, в чем теперь смысл профессии. Но мне кажется, искать его — путь к выгоранию. Всем хочется, чтобы материалы журналистов что-то меняли, решали проблемы. Часто это не так. Спасает честно признаться себе в том, что ты просто любишь эту работу. Говорить с людьми, рассказывать их истории, копаться в данных, брать интервью.

Никакой цифровой гигиены и чего-то подобного я не придерживаюсь: сложно после перерыва как по звонку включаться в повестку. Но несколько вещей считаю обязательными.

Хобби или какое-то дело, которое забирает на себя внимание. Хотя бы на несколько часов в неделю. Я играю на бас-гитаре. Да, это не цифровая гигиена по принципу «в субботу я телефон в руки не беру», но час-полтора, которые провожу наедине с собой и музыкой. 

Психотерапия. Среди моих друзей и близких много журналистов, адвокатов, преподавателей — всякого рода помогающих профессий. Без психотерапии люди выгорают, психологически ломаются, рушится их личная, а часто и профессиональная жизнь. 

Чтение. Хорошее, художественное или нон-фикшн, и напрямую не связанное с работой. Это позволяет немного снять суматоху и симптомы СДВГ.

Ну и личный мой рецепт — мне страшно помогают книги британского писателя Терри Пратчетта. По форме это максимально несерьезное юмористическое фэнтези, а на деле яростные и ироничные памфлеты и сатира на все: общество, политиков, экономику, бизнес, медиа, шарлатанов, мошенников, ипотечный кризис, авторитаризм. Когда понимаешь, что многие «исконно наши» проблемы актуальны для других стран и культур, смириться с этим становится сильно проще.

Я занимаюсь новостями лайфстайла, культуры, инклюзии, благотворительности и женской повестки в Forbes Life и Forbes Woman уже четыре года. Мне кажется, что у людей в медиа — не обязательно именно редакторов новостей, а у всех, кто работает с инфоповодами, — со временем вырабатывается иммунитет к влиянию новостного фона. У меня бывают ситуации, когда поток новостей действительно тревожит, это неизбежно. Даже просто пролистывая новостные ленты, фоново цепляешься за самые разные события. Но есть и обратный эффект, когда в таком потоке включается что-то похожее на азарт — быстрее разобраться, найти больше информации и сообщить. 

Для меня главные смыслы в профессии: обращать внимание людей на происходящее вокруг и фиксировать его — как хорошее, так и плохое, не давать забыть или стереть истории, которые происходят здесь и сейчас, и, наверное, лучше узнавать себя, свои возможности через поиски новых способов рассказать.

Я не могу сказать, что я когда-либо именно проваливалась в отчаяние из-за новостей или новостного фона. Но у меня есть несколько способов помочь себе переключиться, если день был сложным и голова гудит новостями. Например, иногда просто нужно, выйдя из редакции после такого дня, не сразу ехать домой, а полчаса-час просто гулять — без маршрута и с плейлистом в режиме перемешки рекомендаций. Так я уже нашла себе несколько условных мест по пути, в которые тоже можно заглянуть, чтобы переключиться, — кино в «Зотове» или лекции и музыка в ДК «Рассвет». Еще один способ — чтение, еще лучше на иностранном языке. Так скорее сосредотачиваешься на смысле слов, которые читаешь, не отвлекаясь на фон. Как любят говорить мои друзья, меньше шансов, что ты начнешь «опять читать по диагонали».

Среди каких-то жизненных правил, которые помогают мне не застревать в мире новостей и медиа, есть, наверное, одно главное: не закрываться в профессиональной сфере и стараться окружить себя еще и людьми, чья работа не похожа на вашу. Так, мне кажется, больше шансов, что вы не будете сводить время вместе только к обсуждению работы, того, что и где в мире произошло и кто и как об этом рассказал.

Еще одно — найти хобби, которое может помочь быть максимально не на связи, в новостях или соцсетях. Сложно заниматься думскроллингом, когда идешь с другом учиться играть на барабанах. Обновлять ленту новостей, пока лепишь и расписываешь новую чашку на мастер-классе, тоже трудновато.

Я работаю в новостях больше пяти лет, и за это время я не стала равнодушной к происходящему: меня регулярно что-то тревожит, расстраивает и возмущает. Эмоционально это изматывает, но помогает в профессии: я понимаю, что волнует людей, к каким событиям нужно присмотреться, в какой теме стоит разобраться. 

Вокруг полно непроверенной информации, откровенного вранья, мнений, которые выдают за факты. К этому прибавляются всякие фейковые видосы и фотки. Моя задача — корректно передавать информацию, не занимая чью-либо сторону. Чтобы среди чуши и инфошума люди могли найти то, что поможет им лучше понять происходящее. Очень пафосно, но я реально думаю, что делаю благое дело, и эта мысль каждый день на работе воодушевляет меня и помогает не свихнуться. 

Мне стало намного лучше жить, когда я завела кота, — эта серотониновая бомба радует меня постоянно! Еще у меня есть пара созидательных хобби — вышивание и рисование. Я не стараюсь достичь каких-то высот, просто делаю все в свое удовольствие. Вставать со стула очень лень, но вынуждена признать, что кукухе сильно помогает спорт: в моем случае это катание на велосипеде летом и пилатес раз в неделю зимой. В целом по жизни я стараюсь делать больше хорошего — даже какая-то мелочь, вроде комплимента работнице магазина или помощи бабульке дотащить пакет, увеличивает добро в мире. Правило «отложить телефон за час до сна» соблюдать невозможно, но я стараюсь минимизировать негатив: чтобы заглушить поток тревожных мыслей в голове, перед сном включаю какую-нибудь нейтральную аудиокнигу вроде научпопа про собак или космос.

Начало моей активной работы в медиа пришлось на конец 2019 года. Было непросто, но, как оказалось, дальше — только сложнее. 2022-й проехал по мне асфальтоукладчиком, и тогда я впервые обратилась к психологу. К общему выгоранию с необходимостью продолжать писать буквы добавились тревога, бессонница, я плакала почти каждый день. Со временем все не наладилось, скорее у меня получилось адаптироваться к потоку плохих новостей и научиться принимать решения в условиях неопределенности и сократившегося горизонта планирования. 

С ростом числа запретов и блокировок находить смысл в профессии как пишущему журналисту мне стало сложнее. Я занималась поп-культурными исследованиями, писала об интернете и соцсетях, поэтому о большинстве тем, которые меня волнуют, я больше говорить не могу. Радует, что в моей текущей работе коммерческого редактора смысл отнять сложно — ее результаты позволяют продолжать выпускать материалы моим коллегам в редакции. Такого ощущения пользы мне пока достаточно. 

В 2022 году по совету психолога я стала замечать, что делаю в стрессовых ситуациях, чтобы справиться с напряжением. С годами эти привычки переросли в мощный защитный механизм. Это могут быть и ментальные прогулки, и забота о питомце, и просмотр вашего любимого комфортного фильма — любая мелочь, которая хорошо влияет на ваше состояние.  

Уделить больше внимания своему образу жизни, здоровью, поддержать близких и друзей, если нужно, помочь им — это позволяет бороться с ощущением бессилия. Отказаться от построения сценариев самого ужасного будущего и решать проблемы по мере их поступления.

Все это проще сказать, чем сделать, но сместить свой фокус внимания со временем получается. Чтобы сосредоточиться в моменте, можно заземлиться — поработать на улице или на веранде, пообщаться офлайн с коллегами, делать короткие перерывы и выходить на улицу. Если такой возможности нет, хотя бы просто открыть окно или включить звуки дождя. 

Попробуйте выстроить свой досуг без новостей, а лучше вообще без контента. Так я со временем отписалась от десятков новостных каналов, которые я думскроллила на досуге, перечитывая одни и те же посты и вгоняя себя в тревогу. Все важные новости так или иначе сами меня находят. В свободное время я стала заниматься спортом — такое хобби не подразумевает потребление контента. Когда инфоперегруз особенно ощутим, я даже перехожу на музыку без слов. 

Самое главное — поддерживать связь с друзьями, семьей, коллегами и не замыкаться в себе. Соберите круг людей, с которыми можете поговорить о своих переживаниях, — скорее всего, они испытывают такую же тревогу, как вы.

Я привык к негативному новостному фону и последние годы существую на некоторой эмоциональной дистанции от того, что читаю. Есть такой термин — compassion fatique, усталость сострадать. Она формируется у людей, которые так часто сталкиваются с негативными событиями, что их психика перестает на них отзываться. Мне кажется, у меня что-то подобное.

Следующий уровень дистанции — ирония или черный юмор. С одной стороны, ты чувствуешь, что как-то неправильно так шутить, с другой — получаешь мощную разрядку. У знакомого предпринимателя в офисе на стене была такая надпись: «Героизм нужен в тяжелые времена, но мы живем в эпоху отчаяния. Тут спасает только чувство юмора». В этом есть правда. Но все равно бывают новости, которые выбивают из колеи. Из свежего — блокировка Telegram. Здесь на дистанции оставаться сложно, потому что это уже касается непосредственно моей работы. Шуток про это, кстати, уже наплодили множество, как и возмущений.

Я отношусь к своей работе как к призванию. Это у меня получается лучше всего, мне это нравится. Какие-то особые смыслы для себя не артикулирую. Мне кажется, если ты просто хорошо делаешь свою работу, качественно, вовлеченно, с душой, то это уже очень много. Я к этому стремлюсь.

Пока я пишу этот текст, у меня в Telegram больше 30 000 непрочитанных сообщений. Сбрасывал этот счетчик совсем недавно. Если читать каждый пост по минуте, то на это уйдет где-то 21 день непрерывного чтения. Можно вместо этого повернуть голову и посмотреть в окно, на деревья. И сразу как-то спокойнее — вот это охватить мне по силам. Эта реальность не борется за мое внимание, не отправляет мне тысячи сигналов, не наваливает на меня тонны информации.

И волей-неволей тебе уже как-то легче. Как там говорили? «Если у вас скверное настроение, идите гулять». В особо стрессовые недели я гуляю почти каждый вечер. Без музыки, в Нескучном саду. Полтора часа такой прогулки проясняют мое сознание лучше любого лекарства.

Мне кажется, что мы недооцениваем то, насколько наша психика способна саморегулироваться, самостоятельно выравниваться. Надо просто дать ей возможность это сделать. Сидеть целый день в экране — не те условия, в которых мы способны прийти в себя. Иногда я замечаю, как в эмоциональные моменты моя рука тянется к телефону, чтобы опять что-то читать, смотреть, как бы отвлекаться от себя. Тогда я откладываю телефон и, бывает, просто сижу в тишине, хотя бы пять минут, даю себе передышку.

Про самопомощь я скажу базовые вещи. Сон, питание, физическая активность — если это не в норме, то никакой устойчивости не будет. Хорошо есть, хорошо спать, соблюдать режим, больше двигаться. Этого может оказаться более чем достаточно. Если мир непредсказуем, то почему бы не сделать предсказуемой часть своей жизни. В рутине психика тоже выравнивается.

Дальше идут дополнения, скажем так, для особо восприимчивых. У меня это медитация и баскетбол. Первое, думаю, понятно. Второе — спорт, который я очень люблю. Это много кардио, плюс постоянное нахождение здесь и сейчас, иначе просто проиграешь. Наконец, в последние годы у меня в жизни стало больше Бога. Поэтому я верю, что все это нам дано для чего-то, во благо, как бы парадоксально и наивно это ни звучало.

Многое из того, что сейчас расписал, — общая гигиена, чтобы справляться со стрессом в целом, а не только на работе. Как-то громадно получилось — столько всего приходится делать для своего ментального здоровья. Ну а что вы хотели? В такое время живем. Надеюсь, эти hard times сделают из нас strong monkeys, если уже не.