13 любимых хорроров 2025 года: выбор Евгения Ткачева

Режиссеры фокуснического хоррора «Абракадабра» братья Онетти сняли новую абракадабру, действие которой происходит в вынесенном в название 1978 году. По сюжету Аргентиной правит военная хунта, которая кошмарит оппозицию, устраивая чистки и репрессии. Параллельно хунта решает поработать над своим международным имиджем, проведя в стране ЧМ по футболу, в финал которого выходят Аргентина и Нидерланды. И вот, пока все следят за матчем, аргентинские гестаповцы пытают (крайне натуралистично) представителей фронды в подвале и совершают рейд, во время которого вяжут еще нескольких оппозиционеров. 

Однако довольно быстро выясняется, что это никакие не оппозиционеры, а сатанисты, которые проводили кровавый ритуал, и сейчас они начнут рвать палачей на куски. Дальше начинается чистый хоррор-аттракцион: у грешников заклинивают револьверы, в вырытой могиле открывается портал в ад, над Аргентиной сгущаются тучи. Зрелище, быть может, не самое умное, но эффектное и, я бы даже сказал, очистительное. Спасибо, конечно, 47-му ММКФ, что фильм о получившем по заслугам кровавом режиме можно было посмотреть на огромном экране бывшего зала IMAX кинотеатра «Октябрь».

Новый фильм Жюлии Дюкурно («Сырое», «Титан») в прошлом году в Каннах затравили те же коллеги, что перехайпили броскую, но глуповатую «Субстанцию» Корали Фаржа, он не вышел в российский прокат (хотя должен был), и вокруг него сложился консенсус, что это творческая неудача. Не возьмусь утверждать, что «Альфа» — непонятый всеми шедевр, но вот то, что это самая умная и зрелая работа Дюкурно на сегодняшний день, — факт. Это даже не боди-хоррор, а фантастическая драма о конце света, который в конце 1980-х принял форму эпидемии СПИДа, и элегическая зарисовка о матери и дочери, которые пытаются справиться с потерей в семье, в то время как вирус превращает людей в мраморные статуи. Тревожное и грустное кино, которое разрывает сердце под «Roads» Portishead и «Mercy Seat» Ника Кейва. 

Если вы видели синефильский антихоррор «Мир полон тайн» Грэма Свона, то вам не надо объяснять, какие поразительные вещи умеет снимать этот режиссер. Для всех остальных — «Вечерняя песня (для трех голосов)», пасторальная и тоже очень синефильская готика про менаж-а-труа в загородном особняке. Фильм снят на 35 мм, «цифру», специальный фотообъектив и выглядит просто восхитительно. А если вы поклонник хорроров в духе «Поворота винта» Генри Джеймса, то вообще останетесь от него в восторге. Сновидческое и стильное кино, похожее на «Я прелесть, живущая в доме» Осгуда Перкинса.

Три поколения женщин преследует (в фильме в обратном хронологическом порядке) невидимая и неведомая инфернальная сущность. Лучшая часть этого головокружительного испанского хоррора, пожалуй, вторая, в которой рассказывается про начинающую кинематографистку (Малена Вилья), которая борется с системным угнетением в вузе, а фильм начинает остроумно метакомментировать сам себя. Но первая тоже хороша, особенно когда Педро Мартин Калеро создает гнетущее напряжение за счет переписки в мессенджерах. Вообще, все это ужасно (в хорошем смысле) похоже на «Оно приходит за тобой», только девушек преследует не привидение, передающиеся половым путем, а, кажется, призрак фемицида.

Романтический слешер про свидание, пошедшее не по плану? Дайте два! Шутки шутками, но в прошлом году действительно вышло два таких хоррора. Помимо «Дропа» (о котором ниже), это «Глаза-сердечки». Хотя формально их главные герои — коллеги из маркетинговой компании — встречаются в ресторане не для того, чтобы пофлиртовать, а чтобы побрейнстормить, вечер все равно заканчивается флиртом. А также кровавой резней, ведь в ресторане на них кладет глаз серийный маньяк, убивающий парочки на День святого Валентина. Как и в другой страшилке Джоша Рубена «Напугай меня», акцент в этой истории сделан на взаимоотношениях полов, поэтому романтическая половина фильма, когда герои изучают друг друга, — лучшая. Но и слешерная тоже не подкачала. А маска убийцы с глазами-сердечками как будто была придумана не самим маньяком, а маркетинговой компанией с прицелом на культ. 

Наш кумир, король неонового хоррора Джо Бегос («Блаженство», «Кровавое Рождество»), вернулся с фантастическим фильмом ужасов с собой в главной роли. Поскольку картина была снята во время локдауновой самоизоляции, все ее действие аскетично происходит в одной квартире. К альтер эго Бегоса, режиссеру Джимми, приходит его кореш Стиггс (альтер эго продюсера Бегоса Мэтта Мерсера), с которым он находится в ссоре, — причем заявляется он ровно в тот момент, когда в квартире Джимми начинается инопланетное вторжение. В итоге друзьям приходится зарыть топор войны, чтобы затем со всей силой обрушить его на наглых пришельцев. Если вы, как и мы, фанаты пленки, практических эффектов и треш-хорроров в духе «Зловещих мертвецов», то получите от этой страшно кровавой и ужасно веселой безделицы огромное удовольствие. 

Напоминанием о том, в какие темные времена мы живем, служит то, что и романтика нынче подается под соусом хоррора. Пережившая домашний абьюз психотерапевтка (Меганн Фэхи) в кои-то веки выбирается на свидание вслепую с приятным парнем (Брэндон Скленар), но тут ее бесконечными дропами начинает мучить сталкер, который говорит, что убьет ее сына, если женщина не убьет своего собеседника. Страх перед первым за долгое время свиданием тут помножен на ужас перед цифровыми технологиями и беспомощностью человека перед ними. А поскольку все действие происходит в ресторане, для режиссера Кристофера Лэндона («Счастливого дня смерти», «Дичь») такое единство места и действия становится прекрасной возможностью поупражняться в хичкоковском саспенсе. Справляется он на пять. 

Четыре поколения немецких женщин, живущих на ферме в регионе Альтмарк (Северо-Восточная Германия) в разные эпохи (Первая и Вторая мировая война, ГДР 1980-х и наши дни), оказываются связаны тяжелой судьбой и невидимой нитью, как герои «Облачного атласа». Это не совсем хоррор, но в ошеломительном и сложноустроенном (как с точки зрения нарратива, так и монтажа) готическом майндфаке Маши Шилински столько жути, что его все-таки можно прописать по ведомству «возвышенного хоррора». Уже по «Тьме» было понятно, что немцы любят поженить мозговыносящий сюжет с философией. Но в «Звуке падения» — куда более труднопроходимом, чем нетфликсовский сериал, — они заходят куда-то на территорию модерниста Фолкнера, где время — это река, которая течет в обе стороны. На английском фильм называется «Sound of Falling», но смело мог бы «The Sound and the Fury», как и фолкнеровский шедевр.

Занятный фолк-хоррор с «Сандэнса-2025», которому в конце января только еще предстоит выйти в российский прокат. Как и в «Легенде о Зеленом рыцаре», Дев Пател здесь трипует с лисичками, а сюжет образует одно целое с другим свежим сандэнсовским хоррором — «Together». Снова в центре истории семейная пара, переехавшая за город, и снова один из супругов (Рози МакЮэн) занимается музыкой, только в этот раз герои встречают фейри. В фильме много размышлений о браке, отцовстве и детской травме, но, поскольку тут психотерапия подана через психоделию (и через гипнотизирующий саунд-дизайн), смотрится это в разы эффектнее, чем слияние Джеймса Франко и Элисон Бри. Дивная дичь.

Канадцы в топе! Как тридцать или даже сорок лет назад, лучшие фильмы года сняли фантасты Джеймс Кэмерон («Аватар: Пламя и пепел») и Дэвид Кроненберг («Саван»). Только если Кэмерон, как всегда, поставил размашистый блокбастер, Кроненберг, наоборот, принципиально маленькую, интимную вещь про технаря-визионера, построившего высокотехнологичный некрополь, а после осквернения могилы супруги погрузившегося в пучину конспирологического заговора. Печальный, печальный боди-хоррор, размышляющий о том, что мы способны поверить в любую чушь, чтобы рационализировать свою утрату.

Что будет, если скрестить «озплуатейшн» с театром абсурда в духе «В ожидании Годо» Сэмюэля Беккета? Получится новая дичь с Николасом Кейджем, который играет вернувшегося из США в родной австралийский городок мужчину, твердо намеренного вернуть семейный дом и поймать волну с сыном. Однако на побережье он сталкивается с бандой серферов, которые отбирают у него доску и начинают нещадно травить. Мужчина остается жить в своем автомобиле на парковке рядом с пляжем и потихоньку сходит с ума. Как и его земляк Беккет, ирландский режиссер Лоркан Финнеган («Вивариум», «Дурной глаз») способен поставить экзистенциальную, бьющую под дых драму буквально на пятачке. Кислотные цвета разъедают экран, Кейдж ест крысу, а Джулиан МакМэхон (одна из последних ролей) играет буквально демона, как и в «Зачарованных». Трактовать сюжет можно по-разному, а вот получить от него удовольствие можно только одним способом: посмотрев этот удивительный фильм. 

Несколько лет назад режиссер Майк П.Нельсон удачно перезагрузил каннибальскую франшизу «Поворот не туда», превратив ее в фолк-хоррор. А теперь взялся за ревизию второсортной рождественской слешер-классики «Тихая ночь, смертельная ночь» (1984), которая, будем честны, давно назрела. В результате у него получилось то, что не вышло у авторов ремейка «Ядовитого мстителя» — превратить откровенный кринж в настоящее кино. Главный герой теперь не травмированный в детстве маньяк, наряжающейся на Рождество в костюм Санта-Клауса, а серийный убийца серийных убийц, наподобие Декстера, внутри которого живет субличность типа Венома. Да, в фильме не обошлось без вмешательства потусторонних сил. Но прелесть ремейка не только в том, как он упоительно переизобретает оригинал, а в том, что исполнители главных ролей Роэн Кэмпбелл и Руби Модин играют влюбленную парочку с такой самоотдачей, словно это психологическая драма, а не хоррор про маньяка Санта-Клауса.

И еще один, вслед за «Серфером», чудесный «озплуатейшн», даром что его действие тоже происходит рядом с водой. Серийный убийца (Джай Кортни) скармливает наивных туристов акулам, пока не обламывает зубы о боевую серфершу (Хэсси Харрисон) и влюбившегося в нее парня (Джош Хьюстон). Премьера «Хищных тварей» состоялась в прошлом году в независимой программе «Двухнедельник режиссеров» Каннского фестиваля, чем вызвала оторопь у некоторых критиков, не понявших, что этот аквахоррор делает на столь престижном смотре. Однако «Твари» не так просты, как кажется на первый взгляд. Помимо классных героев и гарпунного экшна, фильм может похвастаться метакомментарием о вуайеристской природе кинематографа насилия, ведь местный маньяк снимает свои убийства на VHS, что превращает его в своего рода автопортрет любого хоррор-режиссера.