10 лучших мини-сериалов 2025 года, которые можно посмотреть за выходные

У «Во всем виновата она» (другое название: «Все ее вина») нет времени на раскачку и размеренное нагнетание хичкоковского саспенса — он с порога обдает зрителя ударной дозой напряжения, причем буквально. В первом же кадре Марисса Ирвин (Сара Снук) стоит на крыльце по назначенному адресу, чтобы забрать маленького сына Майло (Дюк МакКлауд) с плейдейта у одноклассника, однако дверь ей открывает пожилая женщина, которая ни про какого Майло не слышала. Мальчика похитили!

Экранизация книжки ирландской писательницы Андреа Мары хороша сразу в нескольких аспектах. Во-первых, это увлекательнейший триллер, где худший родительский кошмар становится спусковым крючком для пулеметной очереди скелетов, сыпящихся из шкафов широкого круга действующих лиц. Причем после дерзкого старта сериал не ослабляет хватку до самого конца. Обилие сюжетных линий и затрагиваемых тем поначалу кажется избыточным, но шоу справляется с этим грузом. Оно последовательно подливает масла в огонь сумасшедшими твистами и ловко играет со зрителем, постоянно вынуждая менять отношение к героям — иногда по несколько раз за сцену. Во-вторых, в пестрый жанровый фантик здесь обернут неожиданно обстоятельный и честный рассказ о современном материнстве, в ходе которого выясняется, что распределение ролей в семьях до сих пор безгранично далеко от справедливости, даже в случае среднего класса, чье единственное преимущество — разве что финансовая возможность нанимать нянь. Впрочем, после просмотра и она перестает казаться таким уж преимуществом. Плюс еще одна родительская фобия.

Пять лет назад у Мей Мартин вышел дебютный сериал «Как же хорошо…» — милый автобиографический ромком про канадскую стендапершу в Лондоне. А вот «Непослушные» — уже совсем другая история: это детективный триллер с очень странными делами в глуши у канадской границы. Он вышел почти синхронно с невзрачной экранизацией кинговского «Института», но оказался на порядок лучше. Здесь действие тоже разворачивается в маленьком городке, куда за новой жизнью приезжает молодой полицейский Алекс (Мей Мартин) с беременной женой (Сара Гейдон), которая выросла в этих краях. Но тут из местного интерната для трудных подростков сбегает подопечный — и наметившаяся было идиллия стремительно расползается по швам. Алекс начинает подозревать, что в учреждении — как и в самом городке Толл-Пайнс — творится что-то неладное.

Изначально сериал запускался как раз под заголовком «Толл-Пайнс», но в итоге стал называться «Wayward» («Непослушные» с английского), из-за чего напрашивается вывод, что авторы так или иначе боролись за статус духовного наследника «Wayward Pines» — примечательной реинкарнации «Твин Пикса», которую десять лет назад продюсировал М.Найт Шьямалан. И действительно: несмотря на то что глава изуверского интерната в исполнении Тони Коллетт тут в какой-то степени служит инфернальной версией Дамы с поленом, в конечном счете в «Непослушных» обнаруживается куда больше шьямалановского, чем линчевского и кинговского. На здешней майндфак-тяге вполне можно успеть за десять минут добежать до канадской границы.

В 2025 году на Netflix у сценариста Марка Л.Смита вышли сразу два сериала про угрюмо страдающих мужчин на лоне безжалостной природы — детектив «В глуши», где Эрик Бана расследовал убийство в Йосемитском нацпарке, и вестерн «Первозданная Америка», который вплетает выдуманный приключенческий сюжет в рассказ о реальной резне 1857 года в Маунтин-Медоуз (тогда мормонские ополченцы истребили целый караван переселенцев, зашедший на территорию Юты). Только «В глуши», придуманный Смитом на пару с дочерью Элли, внезапно оказался вещью во всех отношениях блеклой, а вот в «Первозданной Америке» как раз таки угадывается рука сценариста «Выжившего». 

После впечатляющей сцены, собственно, той самой резни, виртуозно снятой единым длинным кадром, сомнений уже не остается. При желании «Первозданную Америку» можно даже считать скрытым сиквелом «Выжившего» (у них как минимум один общий герой, первопроходец Джим Бриджер; в фильме Иньярриту его играл Уилл Полтер, здесь — Ши Уигэм). А если обратиться строго к телевизионному наследию — восставшей из пепла классикой HBO «Дедвуд».

Сердцебиение от здешнего сурвайвал-триллера, временами запредельно жестокого, стабильно начинает учащаться раз в пару минут. Первозданная Америка, по Смиту, — земля перманентного выживания, мир, в котором человеку не оставлено почти никакой возможности быть хоть капельку порядочным. В незыблемости такого нехитрого положения вещей раз за разом вынуждена убеждаться несгибаемая Сара (Бетти Гилпин), которая твердо намерена доставить сына Девина (Престон Мота) куда-то на запад к гипотетическому отцу. Для этого она кое-как уламывает сурового маунтинмена Айзека Рида (Тейлор Китч, одна из муз здешнего режиссера Питера Берга) стать их проводником, о чем он неоднократно пожалеет. Зато все вдоволь насмотрятся на американские красоты — от пронзительности пейзажей в объективе оператора Жака Жуффре (франшиза «Судная ночь») иногда даже тянет закрыть глаза, но шоу и тут наносит удар под дых: саундтрек написали великие построкеры Explosions in the Sky, явно державшие в уме наработки Нила Янга для «Мертвеца».

На рассвете в дом 13-летнего британского школьника Джейми Миллера (Оуэн Купер) врывается полиция, кладет его отца (Стивен Грэм), мать (Кристина Тремарко) и сестру (Амели Пис) лицом в пол, а самого мальчика арестовывает по подозрению в убийстве одноклассницы Кейти (Эмилия Холлидей), которую накануне кто-то жестоко зарезал. Детективная интрига, впрочем, быстро рассеивается: да, он. Но как такое вообще возможно?

В прошлом году неожиданным хитом Netflix стал британский мини-сериал «Олененок». В этом аналогичная участь постигла «Переходный возраст» — драму от команды крутого фильма «Точка кипения»: артиста Грэма, режиссера Филипа Барантини и оператора Мэттью Льюиса. Киллер-фича — та же, что и в «Точке», у которой, к слову, имеется сериальное продолжение: каждая из четырех серий «Переходного возраста» снята одним кадром. Техническая виртуозность, позволяющая проживать здешние события вместе с героями в режиме реального времени, порой даже отвлекает от убедительной смеси «кино морального беспокойства» и «драматургии кухонной мойки» — но в этих случаях внимание к истории неизменно возвращает выдающийся актерский состав, где всех укладывает на лопатки дебютант Купер. 

Грэм и его соавтор Джек Торн («Молокососы», «Отбросы», «Бесстыдники») не находят внятных ответов на вопросы, закономерно возникающие после чтения тяжелых новостей, но проводят ликбез на тему маносферы и отмечают: если насилие в мире нормализовано на стольких уровнях сразу, можно ли в принципе избежать подобного?

Девон (Меганн Фэхи) все больше беспокоят странные отношения ее младшей сестры Симоны (Милли Элкок) с начальницей Микаэлой (Джулианна Мур) — экстравагантной супругой миллиардера Питера Келла (Кевин Бейкон). Явившись без приглашения на остров, где располагается поместье Келлов, Девон рассчитывает вызволить давно оборвавшую контакты Симону из лап Микаэлы, однако вскоре понимает, что нездоровое воздействие, которое миллиардерша оказывает на окружающих, требует особого, более тонкого подхода.

«Сирены» отчасти ждут от зрителя аванса: сериал довольно неспешно раскачивается и не слишком радикально повышает градус безумия, как того ожидаешь после первого эпизода. Но в итоге шоу берет верх как раз тем, что обманывает все ожидания. Финал искупает все: выясняется, что средней руки классовая сатира, заключенная в пластмассово-гламурную нетфликсовскую картинку, была здесь в качестве дымовой завесы, а на самом деле «Сирены» — мрачное и достаточно остроумное высказывание о власти и гендерных ролях.

Отличный костюмированный сериал по следам американской истории? Дайте в этом году два, сказал Netflix, и после «Первозданной Америки» позвонил Майку Маковски — сценаристу и продюсеру эйчбиошного телефильма «Безупречный» про проворовавшегося функционера, — чтобы экранизировать еще какой-нибудь курьез. Нашелся следующий: в 1881 году Шарль Гито (Мэттью МакФэдьен), мужчина неопределенных взглядов и вменяемости, застрелил Джеймса Гарфилда (Майкл Шеннон), который на тот момент всего три месяца занимал пост 20-го президента США. Твист в том, что изначально Гито был гарфилдовским сторонником — и даже утверждал, что помог ему избраться.

Интонацию «Смерти от молнии» диктуют его главные герои, так что высокопарная политическая драма в духе Аарона Соркина здесь сочетается с диковатым, но смешным плутовским романом. В общем, это выглядит так, как если бы «Западное крыло» делали авторы «Сантехников Белого дома» Алекс Грегори и Питер Хайк (по забавному совпадению предыдущим проектом режиссера «Смерти от молнии» Мэтта Росса был другой сериал про Уотергейт — «Газлит»). В результате побеждает пронзительность и утешительная мысль, что в истории можно остаться по-разному — к примеру, опосредованно, через дела тех, чьи сердца ты успел тронуть, пускай даже сам ничего толком не успел совершить. Бонусом — красивая заставка с машинерией в стиле интро «Игры престолов» (единственное место в сериале, где опознается продюсерское участие Дэвида Бениоффа и Д.Б.Вайсса) под озорной кавер Ханни Эль Хатиба на песенку «You Rascal You».

«Между нами химия», а между ними уже несколько лет ничего нет. После того как Молли (Мишель Уильямс) диагностировали рак, ее муж Стив (Джей Дюпласс) совсем перестал заниматься с ней любовью — положение не спасли ни ремиссия, ни семейная психотерапия. Когда болезнь возвращается с новой силой, Молли понимает, что может умереть, так ни разу и не испытав оргазма во время секса. Поэтому она уходит от Стива — и, заручившись поддержкой лучшей подруги Никки (Дженни Слейт), пускается во все тяжкие.

В основе «Умираю, как хочу секса» лежит одноименный подкаст настоящих Молли и Никки — для телеэкрана его адаптировали Элизабет Меривезер и Ким Розенсток, известные по хиту «Новенькая» с Зои Дешанель, а за режиссуру большинства серий отвечала Шеннон Мерфи, которая в 2019 году дебютировала с драмеди «Молочные зубы» про смертельно больную старшеклассницу (человек, в общем, в материале). В течение первых шести эпизодов, где в основном ностальгируют по иксерским и миллениальским секс-комедиям и слепят зрителя пенисами, зрелище это предсказуемо смешное, а в течение последних двух — душераздирающее и уничтожающее. Все это умножено на без преувеличения гениальную игру Уильямс — гостьи на телевидении редкой, но меткой.

Когда-то у братьев-ньюйоркцев Джейка (Джуд Лоу) и Винса (Джейсон Бейтман) была своя перспективная рок-группа «Черные кролики», а, после того как не сложилось, они переключились на ресторанный бизнес, открыли гастропаб «Черный кролик» — и неожиданно выстрелили. В отличие от «Кроликов», «Кролик» долго жить не приказал, скорее даже наоборот: стал модным заведением. Разве что Винсу, по обыкновению встрявшему в историю, в какой-то момент пришлось продать свою долю и уйти в закат. Спустя два года он возвращается на малую родину — и вроде бы наладившаяся жизнь Джейка вновь погружается в хаос.

За бесчинствами «Черного кролика» стоит команда недавнего триллера «Безмолвное братство»: Лоу, сценарист Зак Бейлин, продюсерка Кейт Зусман и режиссер Джастин Курцел. Методы у них откровенно суровые: уколо́в тех, кто до сих пор оплакивает нью-йоркскую инди-сцену нулевых (две песни для шоу сочинил гитарист The Strokes Альберт Хаммонд-младший), они начинают отрезать мизинчики всем адептам американской мечты. Основной мишенью становится один из базовых ее принципов — fake it till you make it, как говорится, это в нынешней-то экономике? Процесс проходит тяжело и кроваво, а результат оказывается запредельно мрачным — возможно, даже по меркам самого «Черного кролика» (хотя он и пытается нащупать в финале какой-то повод для оптимизма). Наверное, примерно так выглядел бы байопик основателей Oasis братьев Галлахер, возьмись за него братья Сафди. Но пока одни мирились, другие успели разойтись, так что — не в нынешней экономике.

В предыдущем сериале режиссера Антонио Кампоса — «Лестница» — писателя обвиняли в убийстве жены, которую нашли мертвой у подножия лестницы в их доме (в основу сюжета лег реальный кейс 2004 года), а в «Чудовище внутри меня» все уже не столь однозначно. Тело жены миллиардера Найла Джарвиса (Мэттью Рис) так никто и не нашел, поэтому он живет себе припеваючи, игнорируя косые взгляды. Что касается его соседки, писательницы Эгги Виггс (Клэр Дейнс), то у нее совсем другая ситуация. После того как несколько лет назад она трагически потеряла маленького сына, ее брак развалился, а сама женщина погрязла в творческом ступоре (дедлайн по следующему роману просрочен на два года). Найл становится для нее неожиданным выходом из тупика. Эгги решает свернуть буксующий проект и вместо этого написать книгу про новоиспеченного соседа — руководствуясь, правда, довольно тревожными мотивами.

Особых звезд с неба «Чудовище внутри меня» не хватает, но психологический триллер тут работает безотказно: функции шоураннера взял на себя Говард Гордон — продюсер поздних сезонов «24 часов» и соавтор «Родины». В принципе, для счастья вполне хватило бы и актерских выступлений Дейнс и Риса, которые рассекают по волнам нарастающего безумия, однако «Чудовище» еще и отлично снято: местами возникает ощущение, что это утерянный артефакт откуда-то из девяностых или нулевых. Очередной плюсик в карму оператора культового хоррора «Девушка ночью гуляет одна» Лайла Винсента.

Смачный палп-фикшн, снятый по мотивам реальных, но, разумеется, приукрашенных событий. Визажистка-гримерша с ток-шоу (Аннали Эшфорд) живет тихой семейной жизнью с мужем и двумя детьми (девочкой и мальчиком), но ей есть что скрывать. Оказывается, ее папаша — отбывающий пожизненное наказание серийный «убийца со счастливым лицом» (Деннис Куэйд), который так хочет увидеться с дочерью и подрастающей внучкой, что звонит на то самое ток-шоу и говорит, что в обмен на внимание родных готов признаться в девятом убийстве, за которое должны казнить невиновного. 

Никакой эффектной каннибальской маски, подвальной тюремной камеры и тянущего слова маньяка («Кла-а-ариса»!) — зло в «Убийстве с улыбкой» максимально обыденно и максимально отвратительно, несмотря на могучую харизму Денниса Куэйда, который упивается своей манипуляторской ролью. Авторы сериала сразу же отказываются от очеловечивания убийцы и берутся рассказать историю его жертв и несчастной дочери, которой всю жизнь приходилось жить с «родовым проклятием». Только ради сцены на ток-шоу, где главная героиня, привыкшая прятать боль за обильной косметикой, выворачивает душу наизнанку, стоит посмотреть этот захватывающий тру-крайм.